ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Люди стоят на грани самого масштабного внутреннего конфликта в своей истории: одни больше не хотят ждать возвращения императора, другие готовы умереть за него. Во всей вселенной есть лишь один, кто может предотвратить бойню и уберечь артэмийцев от повторного истребления. Генерал-защитник Эльзерик Дюран собирает Артэминосский легион и отправляется за пустотную границу — искать отца-основателя человечества, как теперь величают себя артэмийцы. Его преданность безгранична, честь — единственный смысл жизни воина. Он отыщет своего императора или сгинет, опозоренный провалом.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Раздались выстрелы, легионеры Хакара начали огонь, и звуки за их спиной поглотились шумом. Гарл понял замысел противника, узрел хитрую ловушку, когда стало слишком поздно. Маленькая мошка в лапах хитрого паука, он ощутил себя сдавленным и связанным, а его предупреждение рассыпалось от своей бессмысленности, ведь те, кому оно предназначалось, уже стали жертвами. Два воина Волкана вынырнули из-под воды, переведя свои маски в режим подводного дыхания, и Соколу показалось, будто до его ушей доноситься ехидный смех, пока паралитические снаряды один за другим вгрызаются в его братьев.

Мысль о поражении завладела его нутром, пытаясь надломать волю к сопротивлению. Сокол навел оружие на легионеров, забыв об осторожности, и один из снарядов угодил ему в правый локоть. Правая рука бессильно повисла, не желая реагировать на команды мозга. Он подвел своего командира тысячника, подвел Хакара, будь это настоящим сражением, его промах касался бы и Эльзерика, а значит и императора. Не для того Гарл пошел в армию и не для того вступил в Артэминосский легион, сама мысль о том, что его действия отбросят пусть и жалкую, но все же тень опасности на вселюбимого отца-основателя пробудила в нем ярость жарче солнца. Она забурлила подобно лаве, выжигая ткань отчаяния и бессилия. Есть лишь один путь, один метод, верно, служить императору — никогда не сомневаться в своих силах и делать все, чтобы выполнить волю отца-основателя, звучащую из уст его генералов и командиров, не взирая на смерть и боль, не сожалея о содеянном во славу Артэмии, любой ценой…

— Любой ценой… — прошипел Гарл и следом его шепот превратился в рев дикого зверя. — Любой ценой! — взревел воин.

Здоровая рука выхватила из кобуры крупнокалиберный пистолет, раздались двенадцать оглушающих выстрелов, и один из соперников рухнул в воду, получив последний снаряд аккурат меж глаз. Гарл прогнулся вперед, сняв с пояса топор с лезвием полумесяца и черной рукоятью, и включил джампер, не смотря на доктрины, запрещающие пользование им в столь тесных условиях простым смертным, коими легионеры изображали себя в этом бою. Механизм преисполнился силой, выдыхая из сопел энергию, и Сокол взлетел. Он пронесся по почти прямой траектории, едва не размозжив голову о потолок из красного кирпича, и обрушился на оставшегося легионера, повалив того обратно в воду.

Сержант Энтони Песо наблюдал за развернувшейся драмой сквозь прицел илгана, поразившись внезапному рвению своего загнанного в ловушку брата. Воин рискнул своей головой, использовав джампер, но зато смог сократить дистанцию до врага и теперь из-за их плотного контакта отделение не может покончить с Соколом, пристрелив его.