Его взгляд так и говорил Макрэю, что он играет с огнем и у каждой небрежно брошенной фразы есть своя дозволенная граница. Глаза безумца встряхнули Макрэя, забывшего свое место, и он, прокашлявшись, решил сменить тему.
— Допустим, ты не можешь раскрыть нам способ сообщения, но показать-то, имеешь право?
— Имею, — согласился Мальдрус. — Но, это не видеоголограмма, не аудиосообщение, это послание нельзя увидеть никому из вас. Я лишь могу рассказать вам его содержание.
— Что ж… уже что-то, — Макрэй откинулся на спинку стула и жестом руки предложил маликанцу приступать.
— Я получил сообщение от некоего посредника. — Мальдрус решил умолчать, что речь шла о Дэциме, сыне Джорелла. Его человечество тоже не могло отыскать, хотя и пыталось. О причинах скрытности Мальдрусу не было известно, но он подозревал, что все кроется в получении знаний и силе. Политика и иные людские хлопоты отвлекали бы мальчика от тех высот, которые тот поставил перед собой. — Как мы и боялись, Джорелл отправился за пустотную границу больше четырех сотен лет назад и теперь просит найти его. Для этого он указал точку перехода, с которой когда-то начал свой путь за пустотную границу, а так же указания, как его найти.
— Значит, нам известно конкретное место, откуда следует вторгаться в зону пустоты… — задумчиво провозгласил Улькиус, поглаживая свой подбородок.
— Безумие! — воскликнул Макрэй, облокотившись всем весом своего туловища на подлокотники трона. — За такое время он уже давно должен был пропасть там навсегда, — он задумался, пытаясь успокоиться и понять мысли Джо, но не мог. — Почему он просит об этом сейчас?! Почему не через две или три сотни лет, а именно сейчас?
— Мне на дано понять замыслы Джорелла, но ваш император просит, и вы обязаны придти к нему на помощь.
О многом Мальдрус умалчивал и знал об этом лишь Ильмарион, который прекрасно понимал маликанца, ибо они оба сошлись во мнении, что некоторые вещи люди просто не поймут или не примут. Дэцим выбрал не простой день, чтобы передать послание, а время смуты среди человечества. Джорелл предвидел, что однажды терпение людей кончится и те, кто будет безоговорочно предан ему, сойдутся в братоубийственной войне с теми, кто будет в нем разочарован или сам захочет власти. Он не знал, сколько времени уйдет на созревание семени раздора, поэтому оставил Дэциму послание и просил передать его Мальдрусу тогда, когда люди будут стоять на краю очередной пропасти и не важно, будь то война с иной расой или же гражданская. До тех пор он не собирался оставлять свои поиски, считая их приоритетными, ибо на кону стояло все. У него не было времени на объяснения, на разжевывания и доказательство людям всю важность его поисков взамен правления ими, поэтому Артэминос предпочел полное уединение.






