ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«Успевай, пока не начали брать деньги!» — рука сама тянется нажать, но имей в виду: потом за это выложишь. — Яна, это не тот парень, с которым ты целовалась на той вечеринке? — шепчет подруга, а мне хочется провалиться на месте. — Замолчи, а то вырвет. — Встречайте, это ваш новый одногруппник — Тимофей Исхаков. Группа радостно загомонила. Девушки особенно, пожирая его взглядом. Но я — нет. — Идиот! — шепчу одними губами, чтобы он точно увидел моё мнение. А он лишь спокойно смотрит чёрными глазами и усмехается. Доволен, что поиздевался надо мной. Ну что ж, зря он так! Читать дальше

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И кто бы ее за это винил? Да только мне было совсем не до смеха, особенно за сказанное в таком контексте, где не знаешь, что больше хочется: смеяться или плакать. Я ведь увязла.

Мозгом понимала, что чувствую неправильно, а поделать ничего не могла. Поэтому и мечтала убежать подальше от собственной погибели. И если бы не один упрямый баран в статусе моего отца, то у меня бы все получилось.

А так сиди, страдай...

— Лина, ты прости, — скривилась я, — но я не хочу разговаривать на эту тему.

— Неужели? — выразительные брови девушки удивленно взметнулись вверх. — Это плохо. Я, вообще-то, надеялась в кои-то веки посплетничать.

Я вздохнула потерянно, но ничего не ответила. Лишь отвернулась и уставилась невидящим взглядом на стену, состоящую из нескольких экранов. Там транслировались в реальном времени записи с многочисленных камер видеонаблюдения, коими был утыкан весь игровой полигон. Сейчас там сражалась мужская половина нашей группы, не жалея сил и ярости.

А девочки пока протирали штаны на скамейке. Еще должен был быть третий тур, но я и тогда не планировала принимать в нем участие.

Просто не вывезу.

И да, я могла бы прямо сейчас свалить с этого праздника жизни, но не хотела, чтобы кто-то решил, что я позорно убегаю, поджав хвост. Хрен им всем!

— Пока вы неслись с Исхаковым к победе, я на скамейке штрафников разузнала, почему у парня все лицо разукрашено. Он, оказывается, реально был на соревнованиях. Всероссийских. В Сочи. Взял золотую медаль в своем весе.

— Ну еще бы..., — фыркнула я.

— Какого-то там непобедимого горячего восточного бойца замесил. Теперь с него и спрос вдвойне, усиленно начнут готовить к международным спаррингам. Это я к чему — надо бы, пока Тимка не стал еще таким знаменитым, как Майк Тайсон, у него автограф взять. Потом буду хвастаться на каком-нибудь ток-шоу, что с ним в одной группе училась.

— Ты? — фыркнула я и рассмеялась. — Хвастаться?

— Ладно, согласна, — усмехнулась Стужева, — я переигрываю. Но сама суть!

— Мне плевать на его медальки, — поджала я губы и насупилась, — кубок мудака он от меня уже получил. Большего пока недостоин.

— Суровая ты женщина, Золотова, — улыбнулась Ангелина и поиграла бровями, а я проигнорировала ее слова, потому что слишком уж тяжело мне давался этот разговор о парне, который так истрепал мне нервы, сердце и душу.

Еще и Хлебникова сверлила меня сердитым взглядом исподлобья, периодически сжимая руки в кулаки. Ее фигура прямо-таки сочилась яростью оттого, что мы с Исхаковым вырвали победу у своего противника и у нее, в частности. Ну и, конечно же, ни для кого не осталось не замеченным, как я жалась, словно махровая идиотка, к Тимофею, пламенно благодаря его за труды.