ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он и она — застряли в кабине лифта. Штатная ситуация, да не совсем. Свет погас, а её мучит никтофобия — паника перед тьмой. Он — в камуфляже, лицо пересекают шрамы. Двое в темноте Марина Кистяева Он и она — застряли в кабине лифта. Штатная ситуация, да не совсем. Свет погас, а её мучит никтофобия — паника перед тьмой. Он — в камуфляже, лицо пересекают шрамы. ==================== ГЛАВА 1 ГЛАВА 1 Грязный, потрепанный и далеко не новый гелик невозможно было не заметить. Он стоял во дворе их камерного дома чужеродным грубым пятном на светлой брусчатке. Алиса несколько сбавила шаг, снова присматриваясь к этому монстру. Спрашивается, и чем он её привлек? Вот не понятно. Машина и машина. Означающая, что в их доме, возможно, появился новый жилец. Она не знала его имени, но машина говорила сама за себя - и не обещала ничего хорошего. Смешно даже… Вот честно. С ней такое случилось впервые, чтобы не знать о человеке абсолютно ничего, при этом реагировать на некий объект, ему принадлежащий, и попутно успеть сделать нелицеприятные выводы. Но что есть, то есть. Грязная машина вызывала у Алисы неоднозначные эмоции. Помыли бы её хотя бы разок для приличия. Ну, серьезно. А так, стоит, глаза мозолит. Алиса неодобряюще вздохнула и шикнула на себя. Ей-то какое дело? Когда она начала реагировать на то, что творится у других людей, с особой остротой? Прижав к домофону ключ, она с неким удовлетворением отметила, как тот быстро откликнулся. В доме, где она жила до этого, домофон постоянно заедал, и

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сейчас же у нее продолжалось погружение в пучину страха.

- Возьмите меня за руку… Пожалуйста, - она почти простонала, протягивая в темноту дрожащую ладонь.

- Девочка, ты сейчас прикалываешься?

Черт. Он решил, что она к нему клеится! От этой мысли тошнотворная волна дурноты накатила с новой силой.

Ноги окончательно подкосились, она почти пошатнулась, балансируя на грани падения.

- Нет. Мне реально плохо, - шепотом выдавила она.

В тот момент она даже не удивилась, что незнакомец знал, что такое никтофобия. И дал ей точное определение.

Далее последовала еще более удушающая, напряженная тишина. Алиса практически слышала, как в его голове шестеренки крутятся, прикидывая варианты, взвешивая ее слова на весах скепсиса.

Она замерла, затаив и без того прерывистое дыхание, вся превратившись в один сплошной нерв.

А дальше последовало ироничное, почти насмешливое:

- Ну, смотри…

При других обстоятельствах Алиса не то что сама добровольно не подошла бы к этому мужчине. Она намеревалась держаться от него за тридевять земель. На расстоянии пушечного выстрела!

И уж точно распознала бы эту колкую иронию, этот металлический холодок в его последней реплике.

Но сейчас ей было абсолютно наплевать. Ее целиком и полностью поглотил животный ужас перед темнотой.

И когда его большая, чуть шершавая ладонь грубо, без церемоний обхватила ее дрожащую кисть, Алиса не просто взяла его руку. Она инстинктивно, с силой утопающего вцепилась в него, сделав еще полшага вперед.

- Почему лифт стоит? Почему вырубился свет? - шепотом выдохнула Алиса.

Ее несло… качало… Темнота и этот бугай рядом!

Его близость была оглушительной даже в тишине.

И запах… Его запах обволакивал ее теперь, проникал сквозь панику и туман в голове. Он беспощадно ударял по рецепторам горьковатой, древесной нотой. Врезаясь в память…

- Я должен знать, почему лифт стоит?

Почему-то как-то странно прозвучало последнее слово.

Стоит… Может, у незнакомца не только лифт стоял?

Боже, Алиса! Ты, вообще, о чем…

О том самом!

У неё во всю шла сублимация. Во всех красках, наплевав на последствия.

Алиса переступила с ноги на ногу и, как само собой разумеющееся, оказалась ещё ближе к мужчине.

Едва не ныряя в его чертов древесный запах, который активно заполнял легкие. Мамочки, что же происходило…

- Не должны, - выпалила почти шепотом Алиса, кидаясь из крайности в крайность. – Но я подумала…

- Не стоит.

- Что не стоит?

- Думать.

Кто-то, кажется, ещё и шовинист…

А-а! Пофиг!

Алисе на самом деле было сейчас не до моральных качеств незнакомца. Если всё будет хорошо и она выберется живой из лифта, она поблагодарит и забудет о нем, как о дурном сне.

Наверное… Ровно до той минуты, как не увидит во дворе чертов гелик.

Лифт странно качнуло.

- О-о…

Теперь не только никтофобия диктовала свои условия.