- Ты в порядке? – на обнажённое плечо ложится тяжёлая ладонь, и кожа моя многострадальная тут же мурашками покрывается. – Не волнуйся, жёнушка, всё хорошо будет! Пойдём в дом, а то вон совсем замерзла.
Панкратов обнимает меня за талию, целует в щёку и буквально на буксире тащит в шикарный особняк Левицкого, потому что ноги мои будто одеревенели и передвигаться совсем отказываются.
Никита передаёт ключи от автомобиля шустрому парнишке в смокинге и отдаёт приглашение очень красивой девушке на входе в дом. Она так призывно стреляет глазками в Панкратова, но тот даже глазом не ведёт. Всё его внимание на мне сосредоточено. Странно! Очень странно! Ведь это он играет? В роль так входит? Что-то я совсем запуталась! Боже, куда я вляпалась?!
- Никита, дружище! Когда узнал, что ты женат, чуть шампанским не поперхнулся! – мужчина, высокий и довольно симпатичный, с усердием хлопает Панкратова по плечу и улыбается так широко, что я слепну от его улыбки белозубой.
- Мира, дорогая, познакомься! Это тот самый Левицкий Артем Игоревич, о котором я так много тебе рассказывал! – Никита снова целует меня в щёку, и я расплываюсь в довольной улыбке.
- Рада познакомиться, - протягиваю руку мужчине, чтобы он пожал её, но Левицкий подносит мою ладонь к губам и оставляет на тыльной её стороне быстрый поцелуй.
- Ха-ха-ха, угомони своего зверя, друг! Не собираюсь я твою жену соблазнять! – Артем Игоревич идёт встречать следующих гостей, а я смотрю на лицо Панкратова.
Взгляд его в этот момент молнии мечет. Чего это он? Я что-то не так сделала?
Осматриваюсь. Атмосфера, конечно, восхитительная. Ещё шагая по дорожкам, выложенными камнем, заметила, как со вкусом составлены цветочные композиции, обрамляющие входные двери. А сам интерьер дома поражает своим стилем: потрясающие люстры из хрусталя сверкают под мягким светом, а стены украшены картинами известных художников. Вокруг меня элегантные дамы и очаровательные мужчины, и чувствовать себя частью этой удивительной атмосферы довольно приятно.
Звучит лёгкая живая музыка. Никита всё ещё обнимает меня за талию. Его ладонь такая горячая, что, кажется, там уже ожог образовался.
- Видишь его? – Панкратов наклоняется к самому уху, практически касаясь губами мочки. – Он наша цель!
Никита обхватывает пальцами моё лицо и аккуратно поворачивает в нужном направлении. Слишком много прикосновений! Как не сойти с ума, мамочки! С трудом сосредотачиваюсь и всё-таки, пусть и не без усилия, освобождаюсь из жарких объятий Никиты, чем вызываю недовольное ворчание. Араба я сразу узнаю: по смуглой коже, по его одежде, по окружающим его женщинам в красивых платках.
- Помоги мне, Мира, и я в долгу не останусь, - шепчет Никита и снова сгребает меня в объятия.






