ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Внутри — три коротких романа, и завершает подборку эротический. Вот фрагмент одного из них. — Ты мне изменяешь? — голос срывается, потому что в эту секунду мой мир трещит по швам. — Слушай, Мира! Я не считаю это изменой. Я люблю тебя, и это не изменится никогда. Но я мужчина, улавливаешь? Хищник, добытчик! А ты уже не та. Взгляни на себя! Ты сильно переменилась. Нет больше той лёгкой, изящной лани. И… у тебя целлюлит. — Целлюлит, — еле слышно повторяю я, натягивая плед на полные бёдра. Тот самый плед, что лежал свёрнутым на нижней полке, возле пуфика. — Именно. А мне нужна молодая, понимаешь? Мира, родная, прошу, пойми. Для меня это просто секс. К ним я ничего не чувствую. Люблю одну тебя! — К ним? — злость поднимается во мне, жжёт изнутри, ищет выход. — И давно ты… за моей спиной… Мерзавец! — швыряю в него деревянную шкатулку. Читать дальше

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

- Ты в порядке? – на обнажённое плечо ложится тяжёлая ладонь, и кожа моя многострадальная тут же мурашками покрывается. – Не волнуйся, жёнушка, всё хорошо будет! Пойдём в дом, а то вон совсем замерзла.

Панкратов обнимает меня за талию, целует в щёку и буквально на буксире тащит в шикарный особняк Левицкого, потому что ноги мои будто одеревенели и передвигаться совсем отказываются.

Никита передаёт ключи от автомобиля шустрому парнишке в смокинге и отдаёт приглашение очень красивой девушке на входе в дом. Она так призывно стреляет глазками в Панкратова, но тот даже глазом не ведёт. Всё его внимание на мне сосредоточено. Странно! Очень странно! Ведь это он играет? В роль так входит? Что-то я совсем запуталась! Боже, куда я вляпалась?!

- Никита, дружище! Когда узнал, что ты женат, чуть шампанским не поперхнулся! – мужчина, высокий и довольно симпатичный, с усердием хлопает Панкратова по плечу и улыбается так широко, что я слепну от его улыбки белозубой.

- Мира, дорогая, познакомься! Это тот самый Левицкий Артем Игоревич, о котором я так много тебе рассказывал! – Никита снова целует меня в щёку, и я расплываюсь в довольной улыбке.

- Рада познакомиться, - протягиваю руку мужчине, чтобы он пожал её, но Левицкий подносит мою ладонь к губам и оставляет на тыльной её стороне быстрый поцелуй.

- Ха-ха-ха, угомони своего зверя, друг! Не собираюсь я твою жену соблазнять! – Артем Игоревич идёт встречать следующих гостей, а я смотрю на лицо Панкратова.

Взгляд его в этот момент молнии мечет. Чего это он? Я что-то не так сделала?

Осматриваюсь. Атмосфера, конечно, восхитительная. Ещё шагая по дорожкам, выложенными камнем, заметила, как со вкусом составлены цветочные композиции, обрамляющие входные двери. А сам интерьер дома поражает своим стилем: потрясающие люстры из хрусталя сверкают под мягким светом, а стены украшены картинами известных художников. Вокруг меня элегантные дамы и очаровательные мужчины, и чувствовать себя частью этой удивительной атмосферы довольно приятно.

Звучит лёгкая живая музыка. Никита всё ещё обнимает меня за талию. Его ладонь такая горячая, что, кажется, там уже ожог образовался.

- Видишь его? – Панкратов наклоняется к самому уху, практически касаясь губами мочки. – Он наша цель!

Никита обхватывает пальцами моё лицо и аккуратно поворачивает в нужном направлении. Слишком много прикосновений! Как не сойти с ума, мамочки! С трудом сосредотачиваюсь и всё-таки, пусть и не без усилия, освобождаюсь из жарких объятий Никиты, чем вызываю недовольное ворчание. Араба я сразу узнаю: по смуглой коже, по его одежде, по окружающим его женщинам в красивых платках.

- Помоги мне, Мира, и я в долгу не останусь, - шепчет Никита и снова сгребает меня в объятия.