Ноги подкашиваются, и я падаю на стул, не в силах вымолвить ни слова.
- Он жив, - продолжает врач. – Но состояние крайне тяжелое. Он потерял много крови. Сейчас он в коме. Прогнозы делать рано.
Кома. Это лучше, чем смерть? Я не знаю. Я не могу думать. Чувствую, как внутри меня разрастается пустота, как черная дыра, готовая поглотить все.
Миша берёт меня под руку, помогает подняться. Ведёт меня куда-то, что-то говорит, но я не понимаю. Иду за ним, как марионетка, не зная, куда и зачем.
- Тебе нужно отдохнуть, – говорит Миша. Его голос звучит издалека, словно из другого мира.
Отдохнуть? Как можно отдохнуть, когда Андрей лежит в коме, а в голове – калейдоскоп ужасных воспоминаний? Как можно отдохнуть, когда моя маленькая девочка осталась без отца, а я – без мужа, без надежды?
Я качаю головой.
- Я не могу. Я должна быть там. Рядом с ним.
Миша тяжело вздыхает.
- Я понимаю. Но сейчас ты ничем не можешь ему помочь. Тебе нужно прийти в себя, чтобы потом быть сильной для Ангелины. И для него.
Сильной. Это слово звучит как издевка. Я чувствую себя слабой, беспомощной, разбитой. Как я могу быть сильной, когда сама нуждаюсь в помощи?
Но Миша был прав. Ангелина. Она нуждается во мне. Она – моя единственная опора, моя единственная причина жить дальше.
Я закрываю глаза, пытаясь собраться с мыслями. Нужно думать о ней. Нужно думать о будущем. Нужно найти в себе силы, чтобы пережить это.
Но как? Как найти эти силы, когда сердце разрывается на части? Как поверить в будущее, когда настоящее – это сплошная боль?
Я открываю глаза и смотрю на Мишу. В его глазах сочувствие и поддержка. Он рядом. Он – моя опора.
- Что с Лизой? – спрашиваю, внезапно вспомнив о ней.
Миша хмурится.
- Ее задержали. Сейчас она в полиции.
- Я хочу увидеть Андрея.
Миша кивает.
- Я договорюсь. Но будь готова. Он в очень тяжелом состоянии.
Я была готова. Я была готова ко всему. Я должна была увидеть его. Должна была убедиться, что он жив. Должна была сказать ему, что люблю его. Даже после всего, что произошло.
----------
Глава 28
От этих неудобных больничных стульев каждая косточка в моём теле болит. Кажется, я уже приросла к этому месту. Дни сливаются в один бесконечный серый поток, где есть только гул аппаратов, запах лекарств и Андрей. Мой муж, лежащий без сознания на этой проклятой койке.
Я беру его руку в свою. Она такая теплая, такая знакомая. Я помню, как эта рука держала меня, обнимала, гладила мои волосы. А теперь она просто лежит безвольно, словно чужая.
- Андрей, ну же, проснись, пожалуйста, – шепчу, прижимаясь щекой к его ладони. - Я здесь, рядом. Жду тебя.
От неожиданности вздрагиваю, потому что чувствую, как его пальцы слегка сжимают мои. Мое сердце замирает. Я медленно, с колотящимся сердцем, поднимаю глаза и вижу, что он смотрит на меня.






