Витек жил этажом ниже в квартире с такой же планировкой. Из-за двери доносился бубнеж телевизора. Я надавил на кнопку звонка, и спустя пару мгновений дверь распахнулась. Витек посторонился, пропуская меня, босиком прошлепал к дивану выключил телек.
— Я готов, начальник, — сказал он. — Что делать? Командуй!
О, с какой надеждой он на меня посмотрел! Апатию как рукой сняло.
Я уселся рядом с нм на диван и спросил:
— Расскажи, как приходят видения. Что ты чувствуешь?
Он потер пальцем между бровей, вспоминая.
— Ну… Когда я засыпаю… Как бы сказать… Но не засыпаю до конца. А как будто отрываюсь и переношусь непонятно куда. И вот я вроде там, а вроде и нет. И смотрю. Никто меня не видит, а я вижу все. Но не могу ничего изменить.
— Более-менее ясно. Видения приходят на границе между сном и бодрствованием, а потом ты просыпаешься.
Витек криво усмехнулся.
— Если бы. Иногда продолжаю спать и видеть сны. И ведь хрен поймешь, где сон, где видения. Я так крышей поеду, веришь?
— Верю.
— И че делать?
— Не знаю, получится ли, но мы попытаемся, — сказал я. — Для начала присядь удобно, чтобы расслабился.
Он откинулся на спинку дивана.
— Ну, вот так нормально?
Я принялся рассказывать про внутренний огонь, как его пробуждать, как направлять по телу. Наверное, с полчаса у Гусака ничего не получалось, он психанул и только тогда ощутил то, что надо, и смог удержать внутреннее солнце около минуты, а потом позеленел, осунулся и зевнул.
— А дальше-то че?
Я объяснил, что это самое начало, нужно удерживать огонь дольше, а потом будем учиться им управлять, усилием воли останавливать или включать видения. Главное — практиковать и не сдаваться.
Провожать меня Гусак не стал, сил не осталось, даже замок не защелкнул, когда я ушел. Даже опасения возникли, что он проспит тренировку.
Но он пришел вовремя, все такой же зеленый и подавленный.
Мы отошли в сторону, и он шепнул:
— Ваще не спал, бредил. Еще хуже стало.
На нас зыркнул Димидко, и мы разбрелись в разные концы раздевалки. Вот и что делать с Витьком? Научится ли он управлять своей силой? Если нет, то он рискует дойти до истощения, вылететь из команды и вовсе сойти с ума.
Но вскоре мысли о нем вылетели из головы, потому что Сан Саныч завел любимую песню, что нас ждет самое большое испытание — «Спартак»! И нужно готовиться, готовиться и еще раз готовиться. Играть и отыгрывать различные схемы. Наша задача ни много ни мало — выиграть! Ничья его не устроит. Потому что выиграть у «Спартака» — это подвиг! Это такое чудо, о котором будет говорить не только вся страна, но и весь мир! Каждый, кто сыграет в основном составе, впишет свое имя в историю футбола!
Особенно воодушевились Жека и Игнат, вечно обиженные наши и вечно недооцененные. Ну и Круминьш стойку сделал.






