ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

СССР, начало восьмидесятых. Андрей Петров поднимается по служебной лестнице в особой группе Горохова. Но будущее готовит ему испытание, к которому он не готов. Курсант 5 Рафаэль Дамиров СССР, начало восьмидесятых. Андрей Петров поднимается по служебной лестнице в особой группе Горохова. Но будущее готовит ему испытание, к которому он не готов. ==================== Глава 1 Глава 1 Вой усилился. Голосили уже сразу несколько хищников. Лошадь зафыркала и потянула повозку резвее, я еле поспевал. Ноги вязли в снегу, а винтовка била по спине. Я взял ее в руки и опустил рычажок предохранителя. В стволе единственный, последний патрон. Коробчатый магазин пуст. — Есть еще патроны? — тряхнул я за плечо Ивана, который был готов вот-вот снова провалиться в забытье. Тот помотал головой. Черт! Я и так знал, что боеприпасов при нем нет, сам же его обыскивал. Но все-таки надеялся на чудо. Лошаденка пыталась перейти на бег, но короткие ноги и полозья неповоротливой повозки тонули в сугробах. Я оглянулся. Луна висела низко, разливая по проплешине позади нас мертвенно-бледный свет. Я увидел, как эту поляну пересекают тени. Они скользили чуть пригнувшись, словно снег совсем не был им помехой. Раз, два три, четыре… Твою мать! Сколько их там⁈ Сбился со счета. Видно, твари почуяли кровь. И лошадь для них — лакомый кусок. Хоть и говорят, что волки просто так не нападают на людей, но этим, наверное, забыли об этом рассказать. Либо они голодные, либо на людей им совсем пофиг. Последнее бывает, я слышал,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Хотя по отношению к коллекционерам это дурость, конечно… Чего там эти монетки по курсу стоят? Копейки. То ли дело рубль, самая ценная валюта в мире, я считаю. Но за реальные валютные операции у нас и знаменитостей сажают. Владимиру Долинскому пять лет дали.

— Это который пан Пепичека из телепередачи «Кабачок 13 стульев»? — спросил Катков.

— Он самый, — кивнул Горохов.

— Жалко, — вздохнул Алексей.

— Да вышел он уже, условно досрочно освободили по ходатайству труппы Театра сатиры. Но четыре года успел из жизни вычеркнуть.

— А я слышала, — сказала Света, — что в Метрополе Анджелу Девис обокрали. Только так и не поняла, что украли у этой правозащитницы.

— Было дело, — расхохотался Горохов. — История вообще постыдная. В СМИ нигде не освещалась. Представляете, какой скандал? Коммунистку с международным именем и борца за мир обокрали в самой могучей коммунистической стране!

— А украли-то что? — поинтересовался Катков.

Горохов на секунду даже замялся, потом махнул рукой.

— Вы не поверите, трусы.

— Трусы? — в голос воскликнули мы.

— И стоило из-за этого скандал поднимать? — недоумевал я.

— Вот и я про то же, — кивнул Горохов. — Видно, привыкла госпожа Дэвис за справедливость ратовать, что не смогла простить такого попирания ее прав, как кража личного нижнего белья. Лишилась она трусов в этой самой прачечной. Бирки с них сорвали, а трусы испарились. Бельишко, подозреваю, знатное было. Дорогое. Такие в Союзе не купишь. Возможно, позарились на них тетки-прачки. Только концов так и не сыскали, хотя 11-й отдел привлекали по полной. Представляете? Вот такой хохмой приходилось заниматься комитетчикам. Но это все же лучше, чем теракты расследовать. Тьфу-тьфу… Не было у нас на играх терактов и не надо. Хотя без человеческих жертв все же не обошлось. Но это уже другая история, в гостинице «Космос» пара несчастных случаев с иностранцами приключились.

Горохов сделал паузу, будто не собирался нам дальше рассказывать, заставив Алексея с нетерпением выкрикнуть:

— Ну рассказывайте уже, Никита Егорович! Не томите!

— Не надоел я вам своими баснями? — удовлетворенно хмыкнул Горохов. — Тогда слушайте. Финны в той гостинице проживали. Один из них умудрился в бассейне утонуть, в котором барная стойка имеется. Накушался товарищ Виртанен и булькнулся об дно. Никто внимания поначалу не обратил. Подумали, ну, ныряет человек. Спортсмен ведь, он всегда найдет, где ещё и как потренироваться. А когда хватились, поздно было. Лежит на дне и не шевелится. Так и не откачали.

— А второй тоже, что ли, утонул? — Алексей, как, впрочем, и мы со Светой, с любопытством ловил каждое слово Горохова.

— Хуже, — поморщился следователь. — Хотя что может быть хуже смерти, только глупая смерть. Торшер его убил.