ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

СССР, начало восьмидесятых. Андрей Петров поднимается по служебной лестнице в особой группе Горохова. Но будущее готовит ему испытание, к которому он не готов. Курсант 5 Рафаэль Дамиров СССР, начало восьмидесятых. Андрей Петров поднимается по служебной лестнице в особой группе Горохова. Но будущее готовит ему испытание, к которому он не готов. ==================== Глава 1 Глава 1 Вой усилился. Голосили уже сразу несколько хищников. Лошадь зафыркала и потянула повозку резвее, я еле поспевал. Ноги вязли в снегу, а винтовка била по спине. Я взял ее в руки и опустил рычажок предохранителя. В стволе единственный, последний патрон. Коробчатый магазин пуст. — Есть еще патроны? — тряхнул я за плечо Ивана, который был готов вот-вот снова провалиться в забытье. Тот помотал головой. Черт! Я и так знал, что боеприпасов при нем нет, сам же его обыскивал. Но все-таки надеялся на чудо. Лошаденка пыталась перейти на бег, но короткие ноги и полозья неповоротливой повозки тонули в сугробах. Я оглянулся. Луна висела низко, разливая по проплешине позади нас мертвенно-бледный свет. Я увидел, как эту поляну пересекают тени. Они скользили чуть пригнувшись, словно снег совсем не был им помехой. Раз, два три, четыре… Твою мать! Сколько их там⁈ Сбился со счета. Видно, твари почуяли кровь. И лошадь для них — лакомый кусок. Хоть и говорят, что волки просто так не нападают на людей, но этим, наверное, забыли об этом рассказать. Либо они голодные, либо на людей им совсем пофиг. Последнее бывает, я слышал,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Дожил он до сорока, а потом сгорел как свеча. Лейкемия догнала его спустя почти тридцать лет.

И это не единственный случай радиационных катастроф, что десятками лет замалчивались в СССР. Что там нарыл мой неугомонный папаша? Конечно, сказать людям правду — мероприятие благородное, но опасное, когда дело касается гостайны…

* * *

На следующий день к нам в кабинет несмело постучали

— Открыто! — гаркнул Горохов.

Дверь скрипнула, и внутрь протиснулся Стариков. Вид у начальника РОВД был такой, будто он с похорон вернулся.

— Здрасьте, товарищи, — пробормотал он, но дальше порога не стал входить.

Мы поздоровались, а Горохов, уже чуя подвох с его стороны, лишь хмуро кивнул.

— Тут такое дело… — Степан Федорович, несмотря на солидный возраст и майорские погоны, мялся, как двоечник у доски. — Машину вашу «ВАЗ-2101» Главк запросил. Из автохозяйства ведомственного бумага пришла. Вот…

— Что за бумага?

— Списать ее хотят по пробегу и по износу.

— Что⁈ — Горохов вскочил.

Я подумал, что он сейчас швырнет в Старикова стул. Майор, очевидно, тоже так подумал и втянул голову в плечи:

— Ну, а я что могу сделать, Никита Егорович? Мне что начальство сказало, я то и делаю… Но я вас без машины не оставлю… Я вам УАЗ отдам. Он даже лучше.

— А на происшествия суточные на чем группа добираться будет? — скривился Горохов. — На палочке верхом?

— Да нам не привыкать, — замахал руками Стариков. — Как-нибудь справимся. У некоторых личный транспорт имеется. Опять же, мотоциклы есть, тепло уже.

— А взамен списанной разве новый транспорт не предполагается?

— Обещали «Волгу» дать. Но только она на распределении еще в Москве застряла.

— Мда-а… — Горохов поскреб макушку. — Чувствую, до вас она только после Олимпиады придет. Сейчас в Москве каждая машина на счету.

— Ну, так я же и говорю, берите «бобик».

— Так не пойдет… — Горохов задумался. — В общем, так, Степан Федорович, машина у тебя на балансе числится?

— Ну, да…

— Вот и списывай ее сам. А в Главк бумажки предоставь соответствующие, что, дескать, нет такой больше рухляди у меня на балансе. А мы ей пользоваться будем по-тихому. Списанной. Под мою ответственность, так сказать…

Мы помолчали, и где-то через минуту Стариков ответил:

— Ну попробовать можно, только если что, я вам списанный автомобиль не давал. Мне его все равно потом в течение месяца надо в автохозяйство сдать.

— Месяц длинный. Мы раньше управимся. Вот и договорились.

Горохов проговорил всё это слитно, не дав местному и слова вставить в опровержение. Стариков обреченно кивнул и вышел из кабинета.

— Что у вас такого произошло с этим Ревягиным? — спросила Света.

— Ничего такого, — отмахнулся Горохов.

— Судя по его козням, это самое ничего очень даже чего, — вмешался Катков.