ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вот уже много лет линияты безраздельно властвуют над побережьем Сароса, безнаказанно грабя приморские городки и угоняя людей в рабство. Сын мага Раднора Гарет рано остался сиротой — вся его семья п... Корсар Кристофер Банч 1 — Доброе утро, маг Раднор, — весело поздоровался юноша. — У вас есть подходящее заклинание на успех в рыбной ловле? — Думаешь, я сидел бы здесь, тревожась по поводу налогов, если бы мог вызвать треску и заставить ее танцевать на пороге? — с улыбкой ответил вопросом на вопрос полный лысеющий мужчина. — Скорее всего, — вмешалась в разговор Бон, жена чародея, хрупкая женщина, лет на десять моложе мужа. — Даже если бы мы жили не здесь, а, скажем, в Тикао, как твой брат, и владели собственным флотом, тебя все равно раздражали бы обязанности короля. Для тебя приятнее было бы околдовывать рыбок. — Возможно, так и было бы, — сказал Раднор. — Не забывай только о стоимости сетей, о том, что люди должны быть довольны, и о том, что пришлось бы построить собственную солильню… Нет, лучше радоваться тому, что имеем. Впрочем, жаль, что у меня нет подходящего заклинания для вызова какого-нибудь мелкого беса, который знает толк в сложении и вычитании. Он встал из-за стола, заваленного листами бумаги с какими-то каракулями, и подошел к лестнице. — Гарет! — закричал он. — Тебя ждет Кнол. Никакого ответа. — Дуется все утро, — сказала Бон Раднор. — Почему? — спросил Кнол Н'б'ри. — Что за печаль? На море почти нет волны, ветер попутный, и прилив начался. Пошли, Гарет! — крикнул он. — Кончай хандрить и поторапливайся! Послышались шаги, и по винтовой лестнице спустился Гарет Раднор. Ему было всего пятнадцать, он был выше и тоньше своего приятеля Кнол а, и приятную внешность портили только надутые губы и хмурый взгляд. Одет он был в толстые брезентовые штаны и залатанный свитер. Не сказав никому ни слова, он сел у задней двери и стал натягивать просмоленные брезентовые сап

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

На рассвете работорговцы атаковали сонный лагерь, произведя залп из мушкетов, за которым последовала атака с мечами и копьями.

Застигнутые врасплох корсары откатились, перегруппировались и контратаковали врага.

Если кому-нибудь из линиятов и удалось уцелеть, они предпочли спастись бегством. Пехотинцы работорговцев, вероятно, привыкли сражаться с примитивными племенами, а не с опытными, хорошо вооруженными солдатами.

Потери отряда Гарета составили двадцать человек, из них десять — убитыми.

Пираты соорудили носилки для раненых и продолжили поход.

Гарет осмотрел оружие, и ему в голову пришла достаточно коварная идея. Люди, славившиеся своей меткостью, спрятались рядом с тропой. Они должны были снайперским огнем поразить первых появившихся в поле зрения линиятов.

Гарет поставил перед ними достаточно сложную задачу — стрелять во всех линиятов, несущих пушки, во всех линиятов в мантиях, во всех линиятов, отдающих приказы, и, конечно, в Бегунов.

Исет добавил еще одну категорию целей — людей, шедших во второй и третьей шеренге за головной. Эти люди, как он объяснил, были самыми опытными солдатами, которые отдыхали после марша в головной шеренге. Кроме того, такой огонь не мог не потрясти и солдат, находившихся в первой шеренге.

Сам Гарет отошел немного назад с отрядом из трех солдат. Скоро ему представилась возможность выстрелить по приближавшимся линиятам, но он покачал головой. Слишком это было похоже на хладнокровное убийство, хотя он знал, что линиятов вряд ли можно считать людьми.

Он пока не знал, кем или чем их можно было считать.

Угрызения совести и сомнения исчезли, стоило ему увидеть Бегуна. Гарет поднял мушкет, прицелился, выстрелил и… промахнулся.

Трое солдат, поняв, что обнаружены, быстро выстрелили по линиятам и побежали, увидев, что от колонны отделились стрелки.

Шли дни, матросы похудели и уже легче переносили пеший поход. Гарет решил, что они двигаются чуть быстрее линиятов, и начал надеяться, что им удастся уйти от преследования.

Лабала объявил, что освоил еще одно ремесло — механика.

Снайперы сообщили, что видели в колонне двух или трех Бегунов, стреляли по ним, но безуспешно — скорее всего, твари были заколдованы.

Прошло уже восемь дней с момента их ухода из Нуурата, а местность совершенно не менялась: все те же джунгли, болото, лужайки. Если бы у них не было компасов, Гарет мог решить, что колонна ходит по кругу.

Судя по всему, им уже удалось выйти на уровень Батана, но он не смел повернуть к городу, боясь оказаться в западне.

Лабала стер нарисованные на песке треугольники и задул жаровню.

— Могу сказать только то, что чувствую,—заключил он. — Радоваться пока нечему. Их колдуны пытаются отыскать какого-то определенного человека.

— Меня?

— Нет.