ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В поисках затонувших кораблей герои романа обнаруживают на морском дне загадочный груз, на первый взгляд не представляющий собой особой ценности, и оказываются вовлечены в череду зловещих событий.Рома... Бездна Питер Бенчли 1943 Около десяти утра капитан заметил, что ветер начинает стихать. Сидя в каюте и рассеянно перелистывая страницы журнала, купленного в Норфолке кем-то из команды, он внезапно ощутил изменение в движении судна, смягчение свиста водяного потока вокруг корпуса, услышал приглушенные хлопки парусов, набирающих ветер. Соскочив с койки, он потянулся и направился к выходу. На переборке слева от двери была смонтирована панель с медными метеорологическими приборами. Стрелка барометра стояла на отметке 29,75 дюймов ртутного столба. Капитан стукнул пальцем по стеклу, и игла быстро сползла к 29,5. Выйдя на палубу, он двинулся к корме, принюхиваясь к легкому бризу и всматриваясь в линию горизонта. Небо было безоблачным, но в воздухе сгущалась неясная желтоватая дымка. Капитан прищурился. Вдалеке быстро формировались гряды тонких перистых облаков. Первый помощник – молодой бородатый шотландец – стоял за штурвалом, направляя судно по невысоким пока волнам. Увидев капитана, он небрежно кивнул. – Установили главный? – спросил капитан. – Да, и средний. Замедляем ход. – Это ненадолго. Надвигается шторм. – Сильный? – Трудно сказать. И радио проклятое молчит. Война слишком затянулась, можно разучиться пользоваться передатчиком. Но сдается мне, что шторм будет отменный. Барометр сильно упал. Помощник взглянул на часы. – Сколько еще нам нужно пройти? – Пятьдесят – шестьдесят миль. Это до Нарроуза. Там осмотримся. Может, решим пробраться в Гамильтон или в Сент-Джордж. – Не стоит чересчур беспокоиться, – сказал помощник, улыбаясь и похлопывая по штурвалу. – Он еще нам послужит! Капитан сплюнул на палубу. – Эта развалюха? Вполне соответствует своему названию. Такой же боль

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Оно защищено от воздуха, кто его знает.

Сандерс взглянул на корму.

– Давай завтра прихватим с собой сумку. Думаю, на дне можно найти еще много интересного.

* * *

Когда они вышли на берег, спасатель, сильно загоревший блондин в белой майке с красным крестом на спине, ждал их, стоя по колено в воде. Он ухватился за нос лодки, легко вытащил ее на песок и помог им выгрузить снаряжение.

– Вижу, поднабрали всякого товара, – сказал он Гейл, наблюдая, как она сгрузила все предметы на полотенце и, связав его концы, превратила в импровизированный мешок.

– Есть немного, – ответил Сандерс.

Спасатель произвел на него неприятное впечатление при первой встрече в то утро, когда они арендовали у него лодку. Он был щеголеват и молод, и Сандерс был уверен, что он как-то ближе к двадцатишестилетней Гейл, чем к нему, тридцатисемилетнему. И когда он говорил, то, даже отвечая на вопросы Сандерса, смотрел на Гейл. Сандерс был убежден, что его в большей степени интересовала форма груди Гейл, когда она наклонялась, чем любая реликвия, добытая ими на месте крушения.

Чувствуя недовольство Сандерса, спасатель спросил его:

– Вы нашли какие-нибудь снаряды?

– Снаряды?

– Артиллерийские снаряды. Глубинные заряды. Ну, знаете, взрывчатка.

– Боевая взрывчатка?

– Я слышал, что на “Голиафе” было много боеприпасов. Может, это просто сплетни.

Сандерс сказал:

– Завтра посмотрим. Мы хотели бы арендовать эту лодку и на завтра.

– Конечно, пока ветер не изменит направления. Вряд ли вам захочется оказаться на том рифе при сильном южном ветре.

– Нет, конечно. “Голиафу” это тоже не пошло на пользу.

Нагруженные подводным снаряжением, Гейл и Дэвид медленно поднимались вверх по берегу. Песок был розовый, окрашенный миллионами крошечных ракообразных морских обитателей с чудесным названием “фора-минифера”, таких маленьких, что казалось, будто идешь по розовому тальку.

К тому времени когда они подошли к основанию скалы, Сандерс вспотел. Ладони увлажнились, и он с трудом удерживал баллоны. Он поглядел вверх – сто футов чистого известняка и коралла. Направо по скале петляла узкая лестница, ведущая на вершину. Слева работал лифт – клетка с квадратным основанием в четыре фута, скользившая вверх или вниз по стальному столбу, укрепленному в цементном основании. Лифт был построен несколько десятилетий назад в щели, прорубленной в скале.

Пульт управления на стенке лифта имел всего две кнопки: “вверх” и “вниз”. Если лифт ломался, нельзя было воспользоваться аварийным сигналом, не было и устройства безопасного спуска, так что пассажирам (а их могло быть не более троих) оставалось только ждать, пока кто-нибудь их заметит и вызовет помощь.

За завтраком Сандерсам рассказали историю о немолодой паре, застрявшей в лифте при возвращении с берега в сумерках.