ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он ворвался в ее тихую, уютную жизнь подобно грозе, бушующей за стенами ее дома. Фотожурналист Ривз Грант впервые в жизни захвачен страстью, не подвластной никакому самоконтролю. Но каково же ему было... Цена любви Сандра Браун 1 Допив шампанское, мужчина опустил тонкий хрустальный бокал на серебряный поднос, который услужливо подставил ему проносившийся мимо официант. Притормозив на бегу, облаченный во фрак лакей подождал, пока господин возьмет еще один бокал с пенящимся напитком, и тут же растворился в гудящей толпе. Пригубив шампанского, Ривз Грант удивился самому себе. Ему вовсе не хотелось пить. Да и какой прок в этой кислятине? Все вокруг вдруг стало невыносимо серым и скучным. Даже это дорогое вино приобрело во рту какой-то металлический привкус. Рассеянный взгляд зеленых глаз лениво заскользил по блестящему собранию важных персон и знаменитостей. Со стороны могло показаться, что истомленный скукой джентльмен лишь по большому великодушию мирится с существованием этой праздной толпы. Заметно состарившаяся, но все еще не утратившая красоты французская кинозвезда висла на руке своего нового мужа — нефтяного магната из Оклахомы. По ее бульдожьей хватке было видно, что с этой добычей она не расстанется до конца жизни. Западногерманский горнолыжник, прославившийся тем, что завоевал на последней зимней Олимпиаде золотую медаль, из кожи вон лез, увиваясь вокруг меланхоличной принцессы из какого-то средиземноморского княжества, но та в упор не замечала стараний чемпиона. Нью-йоркский модельер вместе со своим неразлучным «компаньоном и протеже» — оба в смокингах цвета утренней зари — развлекали группу слушателей байками, в которых желчи было гораздо больше, чем юмора. Представьте себе: приходит бывшая супермодель, совсем еще недавно красовавшаяся на обложках журналов, и заказывает себе наряд, скрывающий недостатки фигуры. Пополнела, видите ли, бедняжка. На двадцать килог

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Однако Ривз вознамерился раскрыть все тайны ее рта. Размеренные движения его языка чем-то напоминали работу вдумчивого исследователя. Руки мужчины крепко держали Джордан в объятиях, сильные ладони настойчиво давили ей на поясницу. Два тела сблизились, будто не могли существовать друг без друга. Обветренные мужские губы теперь ласкали и одновременно дразнили женщину, намеренно уклоняясь от ее ищущего рта. Только когда из нежного горла вырвался тихий стон нетерпения, Ривз вознаградил Джордан, снова припав к ее губам.

Ее руки сами собой сомкнулись на его шее. Не размыкая объятий, двое упали на кровать.

Приподняв голову, Ривз жадно смотрел на женщину, казавшуюся ему в этот момент воплощением земной красоты. И говорил, не в силах остановиться. Его речь была торопливой, будто он долго копил нужные слова, а теперь, когда наконец появилась возможность высказать все, не хочет потерять этот шанс.

— Чудесные волосы — темные, блестящие… — Его пальцы играли с шелковистыми локонами. — Твоя кожа так свежа, что ей не нужно никакой косметики. А глаза… Боже, до чего же ты красива, Джордан. Поцелуй меня еще, умоляю тебя.

Ее не нужно было упрашивать. Глубоко запустив пальцы в жесткие каштановые волосы Ривза, она притянула его голову к себе. Их губы, одинаково горячие и влажные от желания, встретились в новом приступе жажды, казавшейся неутолимой.

Рот прелестницы действительно не утолил страсти мужчины, и он принялся исступленно осыпать поцелуями ее шею и ухо, пробуя нежную мочку на вкус своим бархатистым языком. А изящные пальцы Джордан тем временем осторожно ощупывали его мускулистые плечи. Рука Ривза, скользнув между двумя телами, безошибочно нашла путь к женской груди. Большой палец, как путешественник в поисках новых впечатлений, отправился в дорогу вокруг живого холма, давно истомившегося в ожидании этого прикосновения.

— Ривз… — застонала Джордан, изогнувшись под ним дугой. И с внезапной ясностью осознала весь ужас происходящего. Она познакомилась с этим человеком какой-нибудь час назад, а до этого даже в глаза его не видела. И что же теперь? Теперь лежит с ним в одной постели, позволяя ему — нет, упрашивая его! — целовать ее, ласкать со всей разнузданностью, на которую он только способен. На сей раз это не просто поцелуйчики. Просто знакомые или друзья так не целуются. Так занимаются любовью… С совершенно посторонним человеком?! Она что, совсем спятила? Необходимо положить этому конец. Сейчас же!

Однако обе его руки уже заползли ей под кофточку и восхищенно изучали округлые женские формы.

— Рйвз, пожалуйста, не надо, — слабо взмолилась она. — Нет, я не могу так. Я не хочу…

— Я хочу, Джордан. Хочу по-настоящему, так, как не хотел еще ни разу в жизни.