ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он ворвался в ее тихую, уютную жизнь подобно грозе, бушующей за стенами ее дома. Фотожурналист Ривз Грант впервые в жизни захвачен страстью, не подвластной никакому самоконтролю. Но каково же ему было... Цена любви Сандра Браун 1 Допив шампанское, мужчина опустил тонкий хрустальный бокал на серебряный поднос, который услужливо подставил ему проносившийся мимо официант. Притормозив на бегу, облаченный во фрак лакей подождал, пока господин возьмет еще один бокал с пенящимся напитком, и тут же растворился в гудящей толпе. Пригубив шампанского, Ривз Грант удивился самому себе. Ему вовсе не хотелось пить. Да и какой прок в этой кислятине? Все вокруг вдруг стало невыносимо серым и скучным. Даже это дорогое вино приобрело во рту какой-то металлический привкус. Рассеянный взгляд зеленых глаз лениво заскользил по блестящему собранию важных персон и знаменитостей. Со стороны могло показаться, что истомленный скукой джентльмен лишь по большому великодушию мирится с существованием этой праздной толпы. Заметно состарившаяся, но все еще не утратившая красоты французская кинозвезда висла на руке своего нового мужа — нефтяного магната из Оклахомы. По ее бульдожьей хватке было видно, что с этой добычей она не расстанется до конца жизни. Западногерманский горнолыжник, прославившийся тем, что завоевал на последней зимней Олимпиаде золотую медаль, из кожи вон лез, увиваясь вокруг меланхоличной принцессы из какого-то средиземноморского княжества, но та в упор не замечала стараний чемпиона. Нью-йоркский модельер вместе со своим неразлучным «компаньоном и протеже» — оба в смокингах цвета утренней зари — развлекали группу слушателей байками, в которых желчи было гораздо больше, чем юмора. Представьте себе: приходит бывшая супермодель, совсем еще недавно красовавшаяся на обложках журналов, и заказывает себе наряд, скрывающий недостатки фигуры. Пополнела, видите ли, бедняжка. На двадцать килог

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И если бы не смятые простыни, все еще хранившие его запах, можно было бы подумать, что у нее состоялось свидание с призраком.

Однако наиболее убедительные свидетельства того, что это не был призрак, хранило ее тело. Губы Джордан припухли и все еще пылали от его неистовых поцелуев. Ее груди сладко ныли при воспоминании о его ласках. Сосредоточившись, она в восхитительных подробностях ощутила вновь, как он наполняет ее собою всю, целиком. С ней провел ночь реальный человек из плоти и крови — в этом не могло быть никаких сомнений.

— Сегодня днем я вернулся, но ты не придумала ничего лучшего, как отбыть в неизвестном направлении, — прорычал Ривз в ответ. — Или ты сидела дома, пока я барабанил в дверь, как какой-нибудь отчаявшийся Ромео?

Да, она была дома. В полдень, сгорая от стыда и раскаяния за случившееся, Джордан закрыла магазин и, поднявшись к себе наверх, рухнула на кровать. Ночью она почти не поспала. Между тем позвонил Гельмут и сказал, что направляет к ней одного из своих слуг, который проведет ее улочками старого города к причалу, где их будет ждать катер. Вечернее платье — то самое, особое — ей предстояло прихватить с собой, чтобы переодеться к приему в замке, в одном из покоев, постоянно зарезервированном за ней.

Едва Джордан повесила трубку, как внизу в дверь постучали. Тайком, сквозь щелку в закрытых ставнях на окнах второго этажа, она посмотрела, кто пришел. Сердце екнуло, когда перед глазами ее весело полыхнул солнечный блик, игравший на волосах Ривза. Он нервно покрутил дверную ручку, и когда та не поддалась, постучал снова, теперь сильнее. Наконец визитер прокричал ее имя и, задрав голову, посмотрел на окно. Джордан едва успела отскочить в глубь комнаты.

Отчего она не спустилась и не открыла ему? Отчего стояла остолбенев? Что на нее нашло? Стыд? Смущение? В голове ее крутилось множество вопросов. А вдруг в разгар дня она покажется ему не такой привлекательной, как ночью, при свечах? Или он окажется далеко не тем, кем предстал перед ней в момент ослепления страстью? Впрочем, последняя мысль умерла, не прожив и секунды. Он был самым привлекательным мужчиной, какого ей только приходилось видеть, будь то при свечах или дневном свете. Так что же удерживало ее от того, чтобы сбежать вниз, распахнуть дверь настежь и упасть в его объятия?

Страх.

На протяжении последних нескольких лет Джордан жила исключительно своим умом, училась на своих ошибках, в одиночку радовалась собственным успехам. Она возвела вокруг себя невидимую, но в то же время непроницаемую стену. Однажды эта женщина отважилась доверить свою жизнь мужчине. И это обернулось для нее подлинной катастрофой. Уйдя от Чарльза, она поклялась себе никогда больше не доверяться другому человеку, кем бы он ни был.