ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Молодая англичанка Кэтрин, стремясь окончательно излечиться от сердечной раны, предпринимает путешествие к подруге в Португалию. Однако и здесь ее подстерегает опасность неудачного романа… Все, казало... Кровные узы Кэтрин Джордж Глава 1 Напряжение, охватившее ее при взлете, прошло, и Кэтрин облегченно вздохнула, наблюдая, как самолет оставляет за собой туманную Южную Англию, беря курс на Порту. Рядом с ней сидела пара молодоженов, слишком поглощенных собой, чтобы заметить, с каким нетерпением она откинула кресло и расслабилась. Ну вот, теперь можно отдаться мыслям о предстоящем отдыхе. Правда, некоторым из друзей ее жизнь и так казалась одним сплошным отдыхом. Во время редких встреч она шутливо поддакивала им, но про себя твердо держалась своего решения увидеть мир прежде, чем осесть на одном месте. Продавать модную одежду на шикарном лайнере, совершающем длительные круизы, было на самом деле не так уж легко. С другой стороны, если бы она не оказалась на борту этого лайнера, когда одним погожим июньским днем он зашел в порт Лиссабона, она бы не встретилась снова с Аной. Из тех портов, куда заходил их корабль, Лиссабон нравился ей больше всего, и она сошла на берег как можно раньше, взяла вместе с двумя знакомыми девушками такси и отправилась в центр. Пока ее спутницы попивали кофе в одном из открытых кафе, Кэтрин отошла, чтобы полюбоваться заманчивыми сумочками в одной из витрин на Руа-Аугуста, и едва поверила своим ушам, услышав, как хрипловатый голос окликнул ее по имени. Восторженно вскрикнув, она обернулась и очутилась лицом к лицу с миниатюрной, живой как ртуть Аной Марией Барросо. Чернильно-черные глаза Аны с прежним задором сверкали из-под густой каштановой челки, зато элегантная одежда разительно отличалась от тех джинсов и свитеров, что она носила весь год в Патни, когда жила с Кэтрин в одной комнате. Ана крепко обняла подругу, расцеловала в обе щеки, потом

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Эдуардо буркнул по-английски какое-то проклятие по поводу тарелок, взял Кэтрин за руку и повел ее из кухни.

— Уверена, что дона Лора тебя этому не учила, — хмыкнула она с вымученной иронией.

— Нет. Но в университете в Коимбре были студенты из Англии.

Кэтрин была белее мела, когда в sola они снова взглянули друг другу в лицо.

— Ну что ж, теперь я могу с чистой совестью сказать спокойной ночи. — Голос ее дрожал.

Эдуардо, стиснув зубы, без единого слова привлек ее к себе и сжал с таким неистовством, что Кэтрин начала бешено вырываться.

— Нет! — выкрикнула она, но Эдуардо, продолжая крепко держать ее за плечи, развернул к зеркалу, висевшему у камина.

— Да, Кэтрин, да! — выпалил он, и его горячее дыхание обожгло ей щеку. — Посмотри. Можешь ли ты отрицать, что мы созданы друг для друга?

Кэтрин уставилась в зеркало. Сердце ее гулко заколотилось, когда она встретила в нем пылкий взгляд Эдуардо. Она чувствовала, что слабеет, что уже готова прислушаться к внутреннему голосу, который убеждал ее поверить его словам, забыть о всех страхах, связанных с ее происхождением, не лишать себя счастья — если только слова его искренни — ради каких-то иллюзорных принципов. Заметив ее колебания, Эдуардо победно сверкнул улыбкой, еще сильнее прижал ее к себе и с такой нежностью припал губами к ямочке у нее на шее, что она задрожала всем телом. Невидящими глазами она уставилась на фотографии в рамках и букеты цветов, которыми была уставлена каминная доска. Ноги уже не держали ее, колени подкашивались — а его губы скользили все ниже.

Внезапно Кэтрин вся напряглась.

— Что такое, mei amor? — спросил Эдуардо, подняв глаза на ее отражение.

— Фотография, — прошептала она, протягивая руку. — Такая маленькая, вон она, виднеется из-за зеркала. — Кто это?

Она судорожно глотнула, ожидая, пока Эдуардо достанет снимок темноволосого красивого юноши.

— Кто это? — с мукой в голосе повторила она.

— Это Педро в юности, — с удивлением сказал Эдуардо. — Когда он погиб, Ана убрала все его фотографии. Эту, видимо, не заметили. Пока. — Дыхание у Эдуардо вдруг участилось, взгляд заметался со снимка на отражение Кэтрин в зеркале, а она, судорожно сбросив с себя его руки, отпрянула назад.

— Между Педро и Исабелью было сильное сходство? — со страхом спросила она, не в силах оторваться от фотографии.

Эдуардо выглядел потрясенным.

— Е verdade, хотя до этого момента оно не казалось мне таким уж разительным. Педро единственный из нас походил на мать. Остальные — истинные Барросо.

Глаза их встретились, в них светился ужас. Лоб Эдуардо перерезали глубокие, как шрамы, морщины.

Кэтрин сцепила дрожащие ладони.

— Ты тоже видишь, да? Видишь? Он на секунду прикрыл глаза.