ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Александр Евгеньевич Громовский Феникс Коротко об авторе: Александр Евгеньевич ГРОМОВСКИЙ сейчас живет и работает в Перми. По профессии - художник. С 1978 по 1995 жил, существовал, а потом и прозябал в Прибалтике: в Таллинне и Вентспилсе. Жил, казалось, в своей стране, но однажды проснулся за границей. Как-то вдруг оказался в эмиграции. В 1996 году возвратился на Родину - в Россию. Дебютировал в журнале "Вокруг света", No12, 1997 год, с рассказом "Тайна сэра Моррисона". Печатался в других московских журналах и в издательствах своего родного города. Несколько слов о романе: Первые две части (из четырех) романа "Феникс" писались еще там, за "рубежом". Попытка опубликовать их в одном из прибалтийских журналов оказалась неудачной. Роман был назван "провокационным" и на этом основании отвергнут редакцией. Автору посоветовали перенести место действия куда-нибудь подальше от Прибалтики, например - в Приднестровье. Разумеется, автор не согласился. Потому что никогда там не жил. И, кроме того, роман его не о политике, а о любви, о творческих поисках, в том числе - поисках своего предназначения в жизни. А еще - об иных видах разумных существ и формах бытия. Но главным образом - о любви. Без которой никакая жизнь вообще невозможна - ни земная, ни внеземная. Автор надеется, что в России никаких препятствий для публикации романа "Феникс" не будет, кроме, разумеется, коммерческих. ....................................... О структуре романа "Феникс": Это сплав трех направлений в современной фантастике: Прифронтовая лирика на фоне Конца Света, приключения в первобытных джунглях, киберпанк. Насколько благородным получился этот сплав, судить вам, читателям. .............................

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

7 АВГУСТА

Вчера был какой-то нескончаемо длинный день, поэтому веду хронику по часом.

С утра пораньше - опять на завод. В прошлый раз я не застал Реутова в цехе. (Любимый анекдот моего отца: "Где Рабинович?" - "Ушел по цехам". "Сам ты - поц и хам!") Реутов был на больничном. Но сегодня он уж точно выйдет. "Да-да, буду завтра как штык, аще, ты меня знаешь, я, аще, слов на ветер не бросаю... Приноси чертежи: с размерами и со всей трехомудью - я сделаю". - "Только, Николай Николаевич, пожалуйста, дерево должно быть абсолютно сухим!" - "Ты, аще, меня не учи, у меня материал завсегда сухой, я, аще, из кримлины никогда ничего не делаю... я тебе не Махонек какой-нибудь..."

Это я с ним говорил по телефону. И вот Реутов воочию. Я встречаю его в столярном цеху. Боже ж мой, как старик сдал за эти годы. Кожа да кости! Но из глубины черепной коробки смотрят по-прежнему живые, хитроватые глаза. Хотя теперь они больше похожи на горящие в нишах огоньки свечей, которые в любую минуту может погасить резкий порыв ветра. "Фу! - шумно дышит Реутов, снимая с головы теплую кепку и вытирая потную лысину полотенцем, похожим на портянку. - Загоняли совсем пенсионера... Вот уйду, с кем они работать будут, смены-то нет. Приходят какие-то юнцы со стеклянными глазами да бабы, которые отродясь молотка в руках не держали".

Это он зря женщин принижает. Видел я раньше, приходя в столярный цех, как женщины сколачивали ящики для боеприпасов. Чудо! С ОДНОГО удара они загоняли гвоздь по самую шляпку. Работали как роботы-автоматы. Меня тогда это очень поразило. Сейчас в цеху вялотекущая видимость трудового процесса. Большинство народа уволено было еще в 90-е годы - никому не нужны стали ящики для снарядов, первый цех закрыли, снаряды выпускать перестали. Теперь перебиваются случайными заказами. Чем тут занят Реутов? Но он, я уверен, вовсе не завышает свою значимость. Ныне всех трудоспособных пенсионеров призвали на трудовой фронт. Поговаривают, что поскольку, в силу объективных причин, республика наша находится во враждебном окружении, Первый цех опять откроют. Если найдут растасканное оборудование.

Я вежливо, стараясь не задеть его творческого самолюбия, объясняю ему, какими должны быть рамы - их профиль, размеры и прочее. Реутов слушает, по ходу дела высказывает разумные замечание, делает толковые поправки. Когда вопрос с рамками решен, я тактично интересуюсь его здоровьем и здоровьем его жены. Реутов с уверенностью заявляет, что еще лет с пяток протянет на этом свете. "Потому что очень уж хочется узнать, чем же закончится это блядство". А так все нормально. Огорчает его лишь тупость жены. "Вот же бабы-дуры. Опять моя обожгла руку. И кажный раз она это делает, когда надо зажечь сразу две конфорки на газовой плите.