— Лорд Гарет! Что мне сделать, чтобы вы участвовали в матче? Хотите тысячу фунтов? Две тысячи? Назовите цену, Гарет, и, если вы победите, вы это получите!
Его слова эхом отдались в коридоре.
Молодой человек задержался на пороге открытой двери, окинув взглядом сотни акров самых плодородных земель в Беркшире, засеянных пшеницей, рожью, ячменем.
Над его головой было великолепное веерообразное окно со свинцовыми переплетами, а под ним — навечно выбитый в камне герб де Монфоров.
При взгляде на свой фамильный герб лорд Гарет гордо вскинул голову. Он медленно обернулся. Его лицо было абсолютно спокойным, а взгляд почти торжествующим.
— Ладно, Спеллинг, — сказал он. — В таком случае я хочу поместье Суонторп.
После ухода лорда Гарета Спеллинг почувствовал, что ему необходимо выпить чего-нибудь покрепче. Сердце у него все еще бешено колотилось, но он уже почувствовал некоторое облегчение. Он налил себе бренди и рухнул на диван. Слава Богу, он все-таки нашел способ заставить этого парня драться в сегодняшнем матче. Ведь на какое-то мгновение ему показалось, что все пропало;
Ладно, Спеллинг… В таком случае я хочу поместье Суонторп.
Вспомнив слова лорда Гарета, Спеллинг громко выругался. Это еще не все, чего потребовал этот наглец. Он потребовал, чтобы секундантом на матче вместо Вудфорда был его друг лорд Брукгемптон. Он потребовал также, чтобы Снеллинг дал вдове Нейлса достаточно денег, чтобы она могла безбедно прожить всю оставшуюся жизнь.
Мало того, не доверяя Снеллингу на слово, он пожелал, чтобы лорд Брукгемптон был свидетелем устного соглашения между ними относительно условий матча.
— В противном случае я не стану драться.
Черт бы его побрал! Снеллинг едва успел налить себе еще стаканчик, как дворецкий объявил о приходе посетителя.
— Вудфорд! — улыбнувшись с облегчением, воскликнул Спеллинг. — Где тебя черти носили?
— Де Монфор.
Улыбка сразу исчезла с физиономии Спеллинга.
— Закрой дверь!
Вудфорд вернулся к двери и плотно закрыл ее, потом уселся на стул напротив Спеллинга.
— Он идет по нашему следу.
— О чем ты говоришь?
Вместо ответа Вудфорд вытащил из кармана сложенный листок бумаги.
— Кридон, садовник, поймал вчера поздним вечером Тома Хьютона, который вез это герцогу Блэкхитскому. — Он бросил записку на стол перед своим хозяином. — Этот идиот принес мне ее только сейчас. Я подумал, что надо ее немедленно показать вам.
Снеллинг торопливо прочел записку, и лицо его побагровело от гнева.
— Черт бы побрал этого де Монфора! Хитрый. Ишь что сумел разнюхать, — прохрипел он, скомкав записку. Ведь попади она в руки герцога Блэкхитского, качаться бы Спеллингу на ближайшем суку, потому что написанное в ней изобличало его в тяжком преступлении. — Он все знает!
— Да.






