ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Стивен Кинг "МОНСТР" Часть первая "ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ" 1. РАЗГОВОР НАСЧЕТ РАБОТЫ Джек Торранс подумал: "НАСТЫРНЫЙ СУКИН СЫН". В Уллмане было пять футов пять дюймов, а двигаясь, он обнаруживал ту суетливую, раздражающую быстроту, что присуща исключительно толстячкам небольшого роста. Аккуратный пробор делил волосы, а темный костюм был строгим, но внушал доверие. Вот человек, к кому вы можете прийти со своими проблемами, говорил костюм, денежному клиенту. Штатному персоналу он сообщал более отрывисто и грубо: "Ну, ты, лучше пусть все будет путем". В петлице сидела красная гвоздика - может быть, для того, чтобы никто из прохожих по ошибке не принял Стюарта Уллмана за местного гробовщика. Выслушивая, что говорил Уллман, Джек для себя решил, что в подобных обстоятельствах, вероятно, не симпатизировал бы ни одному человеку по свою сторону стола. Уллман задал вопрос, который Джек пропустил мимо ушей. Вышло нехорошо. Уллман принадлежал к тому типу людей, которые заносят подобные промахи в мысленный "Ролодекс" для позднейшего рассмотрения. - Простите? - Я спрашиваю, до конца ли ваша жена понимает, что за обязанности вы здесь на себя примете. И потом, конечно, ваш сын. Взгляд Уллмана скользнул вниз к лежащему перед ним заявлению. Дэниэл. Вашу жену ничуть не пугает такая мысль? - Венди - необыкновенная женщина. - И сын у вас тоже необыкновенный? Джек изобразил широкую рекламную улыбку. - Мне кажется, нам нравится так думать. Для пятилетнего он вполне самостоятелен. Никакой ответной улыбки от Уллмана. Он сунул заявление Джека назад в папку. Папка отправилась в ящик. Теперь поверхность стола была абсолютно голой, если не считать пресспапье, телефона, лампы "Тензор" и бювара с

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

- Фунты на квадратный дюйм, "пси". Это, думаю, вы знаете. Сейчас я догнал до ста, но ночью в комнатах холодновато. Несколько клиентов пожаловались - что, мол, такое, мать вашу так. Психи они - понаехали в горы в сентябре. А потом, котел-то наш - старичок. Заплаток на нем больше, чем на штанах, что раздают благотворительные комитеты. - На свет божий явился платок.

Трубный звук. Быстрый взгляд. Платок исчез.

- Простыл, чтоб его, - пояснил разговорчивый Уотсон.

Каждый сентябрь простываю. То вожжаюсь тут с этим старьем, а то траву подстригаю или граблями махаю на площадке для роке. Просквозит - готово дело, простыл, говаривала мод мамаша. Упокой, Господи, её душу, она уже шесть лет как померла. Рак сожрал. Подцепишь рак - готовь завещание.

Коли будете держать давление около пятидесяти - ну, может шестьдесят, - так и хватит. Мистер Уллман-то велит один день топить в западном крыле, другой - в середине, а после того - в восточном. День-деньской "гав-гав-гав", прям как одна из тех шавок, что тяпнет за ногу, а потом побежит да обделает весь коврик. Кабы мозги были черным порошком, ему носа было б не высморкать. Иногда такое видишь, что аж зло берет - не из чего стрельнуть.

Глядите сюда. Тянешь за эти колечки - открываются и закрываются трубы. Я все вам пометил. С синими бирками идут в номера в восточном крыле. Красные бирки - середка. Желтые - западное крыло. Соберетесь протопить в западном крыле, не забудьте, что оно-то погоду и ловит. Как задует, комнаты делаются холодными, ни дать, ни взять, фригидная баба, у которой все нутро льдом набито. В те дни, когда топишь в западном крыле, можно догнать давление до восьмидесяти. Сам бы я так и сделал.

- Термостаты наверху... - начал Джек.

Уотсон неистово замотал головой, так, что волосы пружинисто запрыгали.

- Они не подсоединены. Так, показуха. Кой-кто из калифорнгийцев думает, что коли в их спальне, мать её так, пальму не вырастишь, дак это непорядок. Тепло поднимается отсюда, снизу. Но за давлением смотреть все ж-таки приходится. Видите, ползет?

Off постучал по основной шкале. Пока Уотсон вел свой монолог, стрелка уползла со ста футов на квадратный дюйм к ста двум. Джек вдруг почувствовал, что по спине быстро пробежали мурашки и подумал: ГУСЬ ПРОШЕЛ ПО МОЕЙ МОГИЛЕ. Тут Уотсон крутанул колесо, сбрасывая давление. Раздалось громкое шипение и стрелка вернулась на девяносто одинУотсон завернул вентиль до упора и шипение неохотно стихло.

- Ползет, - сказал Уотсон. - = - А сказать этому жирному дятлу, Уллману, так он повытаскивает конторские книги и битых три часа будет выпендриваться, как аж до 1982 года новый котел ему не по карману. Говорю вам, когда-нибудь все тут взлетит на воздух, и одна у меня надежда - что ракету поведет этот жирный ублюдок. Господи, хотел бы я быть таким же милосердным, как моя мать.