ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

XIX век... Во время пожара в подвале дома заживо сгорает 15-летняя Лора Хейвенсвуд, которую психически неуравновешенная мать, зная, что больше всего на свете девочка боится пауков, послала туда убират... Маска Дин Кунц Пролог Лора делала в подвале генеральную уборку, и каждая минута этого занятия была ей ненавистна. Причина состояла не в самой работе — по натуре она была трудолюбивой девочкой и с превеликой радостью бралась за любые домашние дела. Она боялась подвала. Место и впрямь было мрачным. Четыре узких оконца, расположенных под самым потолком, по размерам напоминали бойницы, и лишь слабый бледный свет проникал сквозь плотную пелену пыли на стеклах. Даже несмотря на две горевшие лампы, этому большому помещению удавалось сохранять свои тени, словно оно не желало полностью разоблачаться. Неровный желтый свет ламп освещал сырые каменные стены и громоздкую печь. Печь топили углем, но в этот ясный и теплый майский день она стояла холодной и заброшенной. На многочисленных длинных полках тускло поблескивали ряды стеклянных литровых банок, однако их содержимое — домашние консервированные фрукты и овощи, заготовленные девять месяцев назад, — оставалось неосвещенным. Совершенно темными оставались и углы подвала, а с балок низкого потолка тени свисали, точно фалды длинного траурного крепа. В подвале неизменно отдавало какой-то затхлостью и из-за этой вони он был похож на известняковую пещеру. Весной и летом, когда влажность сильно возрастала по углам помещения иногда возникала отвратительная похожая на корку, пестрая серо-зеленая плесень, окаймленная сотнями крошечных белых спор, по виду напоминающих откладываемые насекомыми яйца. Эта уродливая поросль тоже добавляла свой мерзкий запашок к и без того противному воздуху подвала. Однако не мрак с гнусным запахом и плесенью служил поводом для Лориных страхов — ее пугали пауки. Пауки были хозяевами подвала: одни — маленькие, к

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Под таким углом ей было видно то, чего она не могла увидеть спереди. Коробка с печеньем и хлебный контейнер, стоявший обычно вплотную к стене, находились сейчас в нескольких дюймах от нее. Коту удалось протиснуться за эти два предмета, с трудом отодвинув их от стены. В этом укромном месте он и сидел, следя за дверью. Он был футах в двадцати от нее, а затем и того меньше, потому что уже с шипением устремился вперед.

Схватка продолжалась всего несколько секунд, но в эти секунды время словно поползло, и Грейс показалось, будто все происходит как в замедленном кино. Она отпрянула назад от шкафчика и кота, но тут же наткнулась на стену; одновременно она подняла пистолет и сделала два выстрела подряд. Коробка с печеньем словно взорвалась, от дверцы шкафчика отлетели щепки. Но кот все приближался и приближался плавными прыжками по гладкой поверхности кухонных шкафчиков, оскалив пасть и обнажив клыки. Грейс поняла, что непросто попасть в такую маленькую и юркую цель даже и с такого малого расстояния. Она выстрелила вновь, но поняла, что рука с пистолетом дернулась, и не удивилась, услышав жужжание пули, которая с пронизывающим «взззз...» отскочила от чего-то вдалеке. В ее искаженном страхом восприятии эхо рикошета казалось нескончаемым «вззз... вззз... вззз...». Кот был уже на краю шкафчика и прыгнул. Грейс вновь выстрелила. И на этот раз попала. Кот взвизгнул. Пуля летела с достаточной силой, чтобы отбросить зверя за какое-то мгновение до того, как он вцепился бы Грейс в лицо и впился в нее зубами. Он отлетел назад и влево, словно тряпичная кукла, и, ударившись о кухонную дверь, безжизненно упал на пол.

* * *

Пол никак не мог понять, для чего полтергейст демонстрировал свои внушительные возможности. Он не знал, следует ли ему опасаться? Пытался ли он задержать его, не дать ему вовремя прийти на помощь Кэрол? А может быть, наоборот — подгонял, изо всех сил стараясь дать ему понять, что он должен немедленно ехать к ней в домик?

Держа чемодан в руке. Пол подошел к двери спальни, которая захлопнулась перед ним невидимым духом. Стоило ему только взяться за дверную ручку, как дверь задрожала в своей коробке — поначалу слегка, потом все яростнее.

Тук... тук... тук... ТУК!

Он отдернул руку, не зная, как ему быть.

ТУК!

Стук топора доносился теперь от двери, а не сверху, как до этого. Хотя это была тяжелая рельефная дверь из пихты, а не из какой-то хилой фанеры, она ходила ходуном и треснула посередине, словно сделанная из бальзы.

Пол попятился от нее.

В комнату полетели щепки, и параллельно первой трещине появилась вторая.

Двигавшиеся двери встроенного шкафа и взлетавшие фарфоровые фигурки могли быть и полтергейстом, но это уже было что-то другое. Никакой призрак не смог бы прорубить такую мощную дверь, как эта.