— Ты все еще здесь, — заорал он. Она даже подпрыгнула от неожиданности и пролепетала, защищаясь:
— Я еще не закончила свою работу. Я стараюсь работать быстро. Осталось уже совсем немного.
— Я не об этом, — бросил он ей. — Ты прекрасно понимаешь, о чем я. Так же, как понимаешь, почему я сейчас здесь.
Лора прикусила губу:
— Что-то случилось? — Она пыталась догадаться, что могло произойти за эти несколько дней, и не могла.
Потом она осторожно спросила:
— Что-нибудь случилось с планом создания зоны отдыха?
Он зло улыбнулся:
— Вот видишь? Что я говорил? Ты сама ответила на свой вопрос. Ты сразу догадалась. Думаю, ты также знаешь, каким образом наши конкуренты смогли представить проект, который почти полностью соответствует моему: те же строительные материалы, те же эскизы и прочее, и прочее. Единственная разница в стоимости исполнения. Но ты все сама прекрасно знаешь, Лора, не так ли? Расходы не могли получиться меньше, чем у меня. Лишь на немного, чтобы обеспечить себе возможность получить контракт.
Она слушала его с ужасом. Он говорил о чем-то невероятном. Кто-то воспользовался его идеями, причем в деталях. Как такое могло случиться? Все его бумаги находились в Окли.
— Зачем ты сделала это, Лора? В голосе его слышалась боль. Лора подняла голову.
— Я ничего не делала, — ответила она ему в замешательстве. Выходит, вся его работа пошла насмарку. Поэтому он так и возмущен.
— Не строй из себя невинное существо! Избавь меня от этой лжи. — Он крепко схватил ее за руку. — Притворяться больше нет смысла!
Он был вне себя от ярости. Лора побледнела. Он может задушить ее. Лора попыталась оттолкнуть его, испугавшись горевшей в его глазах ярости. Но он крепко держал ее за руки.
— Ты сделала это потому, что я отправил отсюда Джеймса? Или же ты решила отомстить мне за эту проклятую картину? — Отвечай, — он так сильно тряс ее, что у нее стучали зубы.
— Это не я, — прошептала она. — Ты должен мне верить.
— Кто же еще? Только ты могла это сделать. Больше никто не имел ни возможности, ни причин для этого. Ты же сама сказала, что ненавидишь меня.
Ей не хватало воздуха:
— Перестань трясти меня, — с трудом произнесла она, откинув назад голову. — Мне нечем дышать.
Он остановился, но пальцы его все еще больно сжимали ее плечи.
— Я убью тебя, — прохрипел он. — Задушу. — Тут она уже по-настоящему испугалась. Ее зеленые глаза были широко раскрыты, она что-то пыталась сказать, губы ее шевельнулись, но без: звучно. Она смотрела на него, как зверек, преследуемый более сильным врагом.
Щека его задергалась, но рот был крепко сжат, ярость не проходила. Некоторое время он так держал ее. Глаза его блестели дьявольским огнем.
— Что ты со мной сделала, — сказал он хрипло. — Во что я превратился из-за тебя?
Он отпустил ее, и она с облегчением вздохнула.






