Но не такой, который любит в роскоши купаться. Думаю, роскошь его вообще мало интересует. Он - царь, он чувствует прежде всего свою ответственность за то, что происходит. Сильно переживает, хотя и очень по-своему переживает все, что происходит со страной.
Мои отношения с Ельциным уже достаточно долгие. Хотя я не могу сказать, что близко с ним знаком, как, например, с Явлинским. Впервые мы с Ельциным встречались еще весной 1990 года. Он тогда был таким худым, поджарым, очень энергичным... Все его уже знали - он ведь был тогда опальным. Но что меня удивило, так это то, что он за два с половиной часа беседы проронил лишь несколько слов. А все остальное время - молча слушал. Иногда что-то записывал.
Потом, когда были выборы в Верховный Совет, мы с ним много общались. Он вел себя очень целеустремленно и направленно. Даже жестко. Тогда была наивная идея, что, провозгласив государственный суверенитет, можно будет избавиться от нерешительного Горбачева и его политики, сохранив при этом Советский Союз. Думаю, это и двигало Ельциным в тот момент.
На самом деле вместе с водой выплеснули и ребенка.
Борьба с Горбачевым закончилась развалом СССР.
Для Ельцина это, безусловно, была личная трагедия. Я в этом уверен. Мы с ним довольно плотно общались во время путча. В Белом доме, в августе 1991-го. Тут он вел себя как настоящий русский мужик. Крепкий и отважный. Наверное, так вели себя командиры, когда отбивали атаки во время войны. Он отдавал какие-то команды, порой непродуманные, что кому делать, потом впадал в какую-то меланхолию, потом опять приходил в себя и начинал руководить обороной.
Вел себя очень симпатично и по-человечески. Залез на танк, все ему честь отдают, у всех мурашки по телу - вот какой царь, президент, ничего не боится... Он вызывал симпатии миллионов и миллионов людей. Если бы тогда сделать социологический опрос, он показал бы, я думаю, что не менее 85 процентов доверяли Ельцину. Может, и больше.
Сейчас об этом все забыли. Кажется, это какая-то фантастика...
Потом мы с ним встречались уже в момент моего назначения. Мои впечатления о нем ни в какой степени не менялись за эти месяцы. Он был настоящим партсекретарем. Особо не разбирался в ситуации в Нижегородской области, просто сказал: "Ты - парень молодой, по всей видимости, ни черта не понимаешь в управлении. Поэтому - вот тебе испытательный срок. Я тебя давно знаю, ты меня никогда не подводил и, думаю, сумеешь справиться. А может, не сумеешь. Не справишься - сниму тебя через пару месяцев".
Потом Ельцин приехал в Нижний 9 января 1992 года. Очень интересно встретились. Мы тут с Бедняковым пытались подготовить город к встрече, как-то приукрасить. Ничего не вышло: шел дождь, слякоть, грязь - это девятого-то января.






