Разве вы не понимаете, что вы ниже моего презрения? Вы не лучше, чем Мортенсон, чем кто-либо другой. Просто еще одно теплое тело.
Чурч на самом деле рассердился. Правда, его это не удивляло. Он так надеялся на Креспи, даже в какойто момент думал, что полковник стоит на грани понимания, на грани того, чтобы отказаться от устоявшихся, заранее обусловленных, узких и ограниченных основ морали и принципов поведения и двигаться дальше...
Ему было больно от того, что он ошибся, а за болью всегда следовал гнев. В следующий раз он постарается свести свои ожидания, надежды на кого-то к минимуму.
«Но ты же говорил то же самое после того, как умер Дэвид, — сказал внутренний голос. — Следует учиться на собственных ошибках».
Он почувствовал, как гнев спадает и исчезает совсем. Переоценку возможностей Креспи нельзя было считать виной полковника. Креспи также нельзя было упрекать за то, что он не поверил МакГиннесс. У людей вообще есть отвратительная привычка подводить друг друга и умирать, не достигнув цели, или жить без какой-либо цели вообще, или вдруг потерять ее. К тому же они оправдывают свое существование лицемерными, самодовольными, эгоистичными нападками на других людей...
В некотором роде то испытание в лабиринте, которое Чурч запланировал для Креспи и МакГиннесс, — это лучшее, что он мог бы для них сделать. По крайней мере, таким образом их жизни не будут абсолютно бессмысленными. И он все еще надеялся на Креспи.
Чурч поднял руку к регулятору бьющих током устройств, встроенных в стенки вольеров.
— Вам предоставляется честь сделать вклад в мои исследования, мои истинные исследования — в то, что вы увидели в лаборатории, но оказались слишком ограниченными и узколобыми, чтобы понять. Конечно, вы не сможете оценить, помогли ли вы в строительстве эволюционного моста к созданию высшего существа. Ничтожный человек будет поглощен черным гением чужих — и в конце концов получится оригинальное создание. Оно будет само кормить себя. Ему никто не будет нужен. А я присоединюсь к нему.
После того как Чурч наконец открыл Креспи и МакГиннесс конечную цель своих поисков, он почувствовал, как его глаза загорелись внутренним светом. Он ощущал себя сильным и неуязвимым...
«Но этим людишкам кажется, что ты просто воешь на луну, — заметил внутренний голос. — Пора заканчивать».
Чурч улыбнулся. Не было необходимости ничего больше объяснять: Креспи и МакГиннесс слишком замкнуты в себе, чтобы постигнуть Истину. Даже Дэвид ее не понял, а он-то был умнее, чем эти двое, вместе взятые.
Чурч показал на дверь, ведущую в лабиринт.
— Отправляйтесь туда, — приказал он. — Оба.
Креспи уставился на него, глядя снизу вверх.






