ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Пират Гарольд Роббинс Моим дочерям Карин и Адриане... Пусть их мир будет полон понимания, любви и покоя. Большой шатер, стоявший в центре оазиса под тремя большими пальмами, был залит светом электрических ламп, размещавшихся по углам основного помещения. Из-за одной из занавесок доносился ровный гул маленького керосинового генератора, который давал энергию. Из-за другой шел дразнящий запах мяса, жарящегося на углях переносной жаровни. В двадцатый раз за этот день доктор Самир Аль Фей, подняв полог шатра, вышел наружу, пристально вглядываясь в пелену бушевавшего самума. Песок резко бил его в глаза, и он не видел ни верхушек деревьев в пятнадцати футах от себя, ни края оазиса, за которым песок стоял стеной, готовой, казалось, достать до неба. Он опустил полог и протер глаза, возвращаясь в главное помещение. На ногах у него были мягкие туфли, и он двигался почти бесшумно, когда ступил на мягкий шерстяной ковер, покрывавший песчаный пол. Набила, его жена, посмотрела на него. — Все так же? — тихо спросила она. Он покачал головой. — Все так же. — Как ты думаешь, когда все это кончится? — спросила она. — Не знаю, — ответил он. — Во всяком случае, пока непохоже, что дело идет к концу. — Ты огорчен? — У нее был мягкий и добрый голос. Он пересек шатер, подойдя к ней и посмотрел на Набилу сверху вниз. — Нет. — Ты бы не пошел в этот хадж, если бы я не настаивала. — Я пошел не из-за этого. Причиной была наша любовь. — Но ты не верил, что путешествие в Мекку может что-то изменить, — сказала она. — Ты говорил мне, что пол ребенка определяется совсем другими условиями. — Я ведь врач, — сказал он. — Но я еще и мусульманин. — А если снова будет девочка? Он не ответил. — Тогда ты развед

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Скоро он начнет претворяться в жизнь, и в свое время они почувствуют гнев преданного ими народа.

Али Ясфир допивал вторую чашку кофе, когда в кафе вошла и остановилась рядом с ним молодая женщина. Он молча показал на соседний стул.

Сев, она сказала появившемуся официанту: «Кока-колу с лимоном». Когда тот ушел, она обратилась к Ясфиру:

— Простите, что запоздала, но мне было нелегко сразу же выбраться из дома.

— Я не беспокоил бы тебя, не будь дело столь важным.

— Понимаю. — Появился и тут же исчез официант с ее напитком. — Что случилось? — спросила она.

— Многое, — мрачно сказал он. — И, возможно, хуже всего то, что эмбарго может оказаться в опасности из-за того, что им пренебрегают.

Не сводя глаз с лица говорившего, она молча отпила кока-колу.

— Соединенные Штаты оказывают огромное давление на таких людей, как твой отец. Они угрожают конфискацией всех их вложений в Штатах.

— Мне ничего не известно. А я каждый день в офисе. Я просматриваю все бумаги, которые проходят через контору.

— Они не так глупы. Есть вещи, которые нельзя доверить бумаге. Но такая угроза в самом деле существует. И твой отец знаком с ней.

— Как? Мой отец не имеет ничего общего с производством нефти и ее поставками.

— Но он пользуется большим влиянием в Совете. Рано или поздно они будут прислушиваться к нему и к таким как он.

Закурив сигарету, она глубоко затянулась.

— В действительности дела идут не так, как нам бы хотелось, не так ли?

Али Ясфир кивнул.

— Возможно, нам придется предпринять определенные действия раньше, чем мы предполагали.

Она медленно выпустила изо рта клуб дыма.

— Ты не изменила своих намерений? — торопливо спросил он. — Ты по-прежнему верна своим убеждениям?

— Я не изменила своим убеждениям. Неужели я могу это сделать? Я никогда не забуду жестокость, с которой на нас обрушились израильские истребители. Я по-прежнему вижу лица и изуродованные тела своих друзей. Я видела ничем не вызванную жестокость со стороны израильтян. Я не изменю своим убеждениям до тех пор, пока мы не уничтожим всех их.

Он слегка расслабился.

— Я боялся, что твой американский любовник заставил тебя изменить взгляды.

Она спокойно встретила его взгляд.

— Он не мой любовник, — холодно сказала она. — Я использую его лишь для того, чтобы получить доступ ко всем делам отца.

— Значит, ты знаешь о приказе прекратить погрузку для «Арабских кукол»?

— Да.

— Ты знаешь, чем это вызвано?

— Я не уверена, но думаю, они подозревают, что Зиад имеет левые доходы. Теперь они ведут расследование, чтобы проверить это предположение.

— Для нас очень важно, чтобы рейсы бесперебойно продолжались, ибо это наш главный источник американских долларов.