И даже когда делает животное, которое должно стать умнее его самого, все равно. Без разницы. Старые стереотипы никуда не пропадают. Лишь отступают, но всегда готовы вернуться.
Это непривычно, даже как-то унизительно относиться к шерстяной зверюшке как к кому-то, кто умнее тебя. Гораздо умнее…
Немудрено, что Серый их одурачил…
Стас сморщился. Их! А какой дурак общался с Серым две недели – и так до самого конца и не понял, кто парадом командует?
А еще…
Стас почувствовал, что краснеет.
Если бы его обхитрил только Серый. Если бы только Серый… А Роммель?!
Крысолов, блин… Вот почему Роммель тогда спал рядышком с Серым, а не с липовым хозяином! Роммель-то ведь все знал. И просто играл. Будто подчиняется большому хозяину Крысолову. А сам, получается, все время умудрялся косить глазом на Серого. И Крысолов, этот великий дрессировщик, даже не заметил… Не заметил, что Роммель – крыса! – его вокруг пальца обвел. Как бычка-однолетку…
Тьфу!
Хотя…
Ведь, пожалуй, тогда… В ларьке, когда наконец-то затащили этот чертов секвенсор и присели отдохнуть… Чего Серый метался по комнате, словно места себе не находил? И глядел так странно…
Может быть, он… Как это Чистюля говорит – хотел “вскрыться”? Может такое быть?
Да нет, нет. Не надо судить его привычными мерками. Его разум куда жестче человеческого.
Не надо наступать второй раз на одни и те же грабли. Очень хотелось бы убедить себя, что внутри Серый добрый, белый и пушистый. И что ему, может быть, было даже противно использовать втемную еще более доброго, белого и пушистого Крысолова, такого глупенького и доверчивого…
Стас передернул плечами и выплюнул жвачку в дверной кармашек для мусора.
Так, а у этого 1-С еще же кто-то был, кажется… Он же называл. Как там…
– А Один А? – спросил Стас.
– Штабной офицер оперативного управления.
Штабные офицеры-наци, разведчики-наци… И Рубаков с этой доктриной Дёница. Который тоже наци. Весь свет на этих наци клином сошелся, что ли?..
Стоп. А если…
– Подожди-ка! – сказал Чистюля. – А у них там разве не одна мартышка заправляет?
– Что?..
– Я говорю, при чем тут Один А? У крыс что, не один шимпанзе командует?
– Теперь один. Братишка его умер… По крайней мере,
он так сказал.
– Умер, значит… А, ну да. Правильно. – Чистюля вздохнул и покивал сам себе. – Секвенсор… Вот, значит, зачем…
– Зачем?
Чистюля выпрямился в кресле. И то ли движения его стали куда резче, то ли еще что-то изменилось, – только вдруг стало совершенно ясно, что разговор по душам окончен.
– Ну что, отошел? – спросил Чистюля. – Пришел в норму?
Блин, вот ведь зараза! Это, оказывается, психологическая поддержка была, а не разговор по душам?.. И ведь вытянул же, вытянул из той серой пропасти, которой казался мир.






