Под ней, как знал Кавано, скрывались редеющие седые волосы. Хотя мужчине было уже за пятьдесят, в нем чувствовались сила и выносливость, которым позавидовали бы куда более молодые. Туфли были начищены до такого блеска, что, казалось, в них можно рассматривать проходящих людей, как в зеркале. Серый костюм в узкую полоску выглядел на нем как военная форма, а рубашка была идеально накрахмалена. Единственными яркими цветами в его одежде были синий и красный на галстуке, которых оказывалось явно недостаточно, чтобы скрыть природную бледность лица.
— Дункан, — с улыбкой произнес Кавано, пожимая ему руку. — Ты выглядишь не очень-то здорово. Надо проводить больше времени на свежем воздухе.
— Мне это вредно, — ответил Дункан Вентворт. Значительную часть своей жизни он провел на открытом воздухе, служа в составе подразделения «Дельта Форс» сначала офицером, а затем и главным инструктором. Три операции по поводу рака кожи вынуждали его постоянно защищать лицо от солнца при помощи широкополой шляпы. — А вот ты чересчур загорел. Чаще пользуйся солнцезащитным кремом.
— Да уж, озоновый слой, который становится все тоньше. Дополнительный повод для беспокойства, — ответил Кавано, снова глянув на бизнесмена в черном костюме, продолжавшего сидеть на бортике фонтана. — В любом случае сегодня слишком хороший денек, чтобы торчать в офисе. Когда я узнал, что ты занимаешься проверкой организации дополнительных мер безопасности в Линкольн-центре, я предпочел встретиться здесь, а не в твоем кабинете, — добавил Кавано, имея в виду под офисом штаб-квартиру «Всемирной службы защиты», охранного агентства, созданного Дунканом после увольнения из подразделения «Дельта Форс». С тех пор прошло всего пять лет, но агентство уже имело филиалы в Лондоне, Париже, Риме и Гонконге. На очереди было открытие отделения в Токио. Репутация «Службы» была чрезвычайно высока, поскольку Дункан нанимал к себе на работу профессионалов высшего уровня, имевших опыт участия в спецоперациях. К тому же многие из них в прошлом обучались у него в «Дельте».
— Как твои раны? — спросил Дункан.
— Зажили.
— Посол просил передать свои наилучшие пожелания.
— Ему очень повезло.
— Еще бы. Иметь рядом с собой такого профессионала, как ты, который примет удар на себя.
— Всякий раз, когда ты начинаешь мне льстить, я жду, чего же ты от меня попросишь, — ответил Кавано, усмехнувшись.
Дункан виновато взглянул на него.
— Ты думаешь, что уже готов снова приступить к работе?
Кавано снова посмотрел через плечо на мужчину в черном, который в этот момент глядел на часы. Его поза стала еще более напряженной, когда он перевел взгляд на Эвери-Фишер-Холл. Расстегнутая манжета на руке с массивными часами выглядела все подозрительнее.






