Пусть только выйдет на простор, чтобы потом я мог его миновать.”
— К повороту! — во весь голос скомандовал он.
Ему пришлось свернуть влево перед большой банкой, нанесенной течением реки, а сразу после этого — вправо, ближе к берегу. Рассчитывал, что именно тогда небольшая каравелла дойдет до места расширения фарватера.
Ян оглянулся на Ворста.
— Скажи Хагстоуну, чтобы дал залп из трех орудий, как только этот корабль будет по левому борту, — поспешно бросил он. — Целить по корпусу на уровне ватерлинии. И точно!
Ворст отскочил к трапу, повторил приказ вниз и вернулся. Было уже пора: волны пенились на мели в десятке ярдов перед носом “Зефира”.
— Выбирай шкоты! — скомандовал Мартен.
Реи развернулись, спицы рулевого колеса покатились влево. “Зефир” накренился, качнулся и вновь выровнялся.
— К развороту! — последовала команда.
Матросы потянули брасы. Берег по носу стал уходить влево, и вот уже его место заняла далекая дуга атолла, потом корма каравеллы, потом её правый борт…
И тут раздался громкий крик Ворста:
— Не стрелять! Ради Бога, не стрелять!
— Ты с ума сошел! — рявкнул на него Мартен. Но в тот же миг сам понял, что произошло: капитан каравеллы торопливо поднимал английский флаг, и на мачтах остальных семи кораблей стали разворачиваться такие же — с гербами Тюдоров, тремя леопардами и ирландской арфой.
— Да это “Санта-Вероника» — срывающимся голосом прохрипел Ворст.
У Мартена уже не осталось ни малейшего сомнения: он заметил фигуру Генриха Шульца на кормовой надстройке, а на носу — название корабля, выложенное полированными бронзовыми литерами.
— “Торо” входит в бухту! — крикнул боцман с марса. — Эге! За ним “Ибекс”!
— Верхние паруса спустить! — разнеслась команда Мартена.
И сразу после этого:
— Всю команду на палубу! Верхние паруса на гитовы! Отдать оба якоря, Тессари!
Пока выполнялись эти команды, “Зефир” приблизился к “Веронике”, поравнялся с ней и стал расходиться левым бортом, медленно теряя ход.
Генрих Шульц кончиком языка облизнул губы. Сердце его безумно билось, кровь стучала в висках. Мартен стоял за рулем своего корабля с рукой, воздетой в знак приветствия — или может быть угрозы — и смотрел на него через узкую полоску воды.
— Наконец-то! — воскликнул он. — Долго же вы заставляете себя ждать!
Шульц машинально взмахнул рукой, но ответить не смог. В голове у него гудело.
“ — Как же так? Ничего не случилось? За восемь месяцев? Ничего?!”
Он искал на лице Мартена следы катастрофы, на которую надеялся, но не мог их найти. Ян держался прямо, стоял с гордо поднятой головой и смотрел на него сверкающими глазами, в которых видны были только возбуждение и триумф.
— Кто с вами прибыл? — крикнул он.
— Френсис Дрейк! — с трудом прокричал в ответ Генрих, проглотив наконец комок в горле.






