ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Пятнадцать лет разлуки. Способны ли они убить любовь? Эми пережила тяжелую психологическую травму и утратила веру в себя. Свифт, воевавший вместе с соплеменниками-команчами за независимость, пережил п... Дикое сердце Кэтрин Андерсон ПРОЛОГ Техас, 1876 год Ветер свистел и стонал, как чья-то потерянная душа, и пронизывал насквозь Быструю Антилопу 1 . Но он стоял неподвижно, подобно могильным изваяниям вокруг. Он видел одинокую могилу сквозь черную пелену своих упавших на лицо волос. Грубо сколоченный крест на могиле Эми Мастере уже давно погнулся в битве с непогодой и бурями. Быстрая Антилопа всматривался в неровно вырезанные на дереве буквы, почти стертые неумолимым временем, и размышлял о том, могут ли слова на кресте хоть в малой степени передать прекрасный мотив песни жизни Эми. Почему-то он сомневался, что эти tivo tivope— письмена белых людей — способны воссоздать живой, земной образ Эми. Эми… Воспоминания вспыхивали с такой ясностью, так отчетливо воспроизводили ее облик, будто они расстались только вчера. Золотистые волосы, небесно-голубые глаза, улыбка, подобная солнечному сиянию… его прекрасная, красивая, храбрая Эми. С воспоминаниями пришли и слезы, которым он не мешал течь по щекам, нимало не стыдясь их, а только чувствуя огромное раскаяние. Оплакать ее надо было давным-давно! Он сгорбился под навалившейся болью. Если бы он приехал раньше! Двенадцать лет! У него разрывалось сердце, когда он представлял себе, как она ждала его здесь, связанная с ним пожизненным обручением, и умерла, прежде чем он смог выполнить клятву и приехать к ней. В ушах у него все еще звучали слова, сказанные Генри Мастерсом всего несколько минут назад: «Ты, грязный команч, ее нет здесь. И если бы кто-нибудь спросил меня, я бы ответил, что для нее было благословением Божьим, что ты не приехал и не женился на ней. Холера унесла ее еще пять лет назад. Она похоронена на задах, за амбаром».

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Через пять минут тебе может прийти в голову публично объявить о нашем браке и увезти меня куда угодно!

В его глазах появился немой вопрос.

— Неужели ты правда думаешь, что я способен на такое?

— Я не знаю, на что ты способен, — крикнула она. — Ты стал убийцей. Ходил в набеги вместе с кома-нчеро. Могу тебе сказать, чего бы я хотела теперь. Больше всего я хотела бы, чтобы ты сел на свою лошадь и убрался туда, откуда пришел. Ты — та страница в моей жизни, которая, как я верила, навсегда перевернута и… пусть бы она оставалась такой навсегда.

— Я проехал больше двух тысяч миль, чтобы добраться сюда. — Его крепкие и снежно-белые зубы сверкнули, ярко выделяясь на темном лице. — И даже если бы у меня было намерение уехать, Эми, мне некуда и незачем возвращаться назад.

— Хорошо, но и здесь тебе делать нечего. Свифт вовсе не хотел затрагивать в этом первом разговоре опасные темы. Но она оставляла ему слишком мало возможностей для маневра. Но на что она надеялась? Что он освободит ее от данного ею когда-то обручального обещания, повернется и уедет, сделав вид, что между ними никогда ничего не было?

— А мне кажется, что у меня здесь полно дел, — ровным голосом сказал он.

Она побледнела.

— Ты имеешь в виду меня, как я поняла?

— Не только тебя. Здесь Охотник, и Лоретта, и их дети. Эми… — он подавил усталый вздох. — Не надо загонять меня в угол прямо сейчас.

— Не загонять в угол тебя?.. — Эми хотела продолжать, но горло перехватило, и какое-то время она не могла издать ни звука. Она не сводила взгляда с его отделанного серебром кожаного пояса и дрожала так сильно, что едва держалась на ногах. — Пятнадцать лет — это долгий срок. Слишком долгий. Я не могу выйти за тебя замуж. Если ты на это надеешься сейчас, когда нашел меня, то выбрось эту мысль из головы.

Она направилась мимо него к двери. Он положил руку на грубо оструганный косяк, преграждая ей путь. Эми стояла рядом с ним, сжав рукой дверную ручку, и сердце ее гулко билось оттого, что он был так близко.

— Ты намерена решить все прямо сейчас, не так ли? — Его голос, теперь низкий и густой, вернул ее к реальности. — Не знаю, почему ты не понимаешь меня. Ты всегда сломя голову бросалась навстречу любой опасности.

— Это угроза? — ее голос дрожал.

— Просто так было и, думаю, так будет.

С негнущейся от напряжения шеей она повернула голову, чтобы взглянуть на него.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты чертовски хорошо знаешь, что я имею в виду.

Она еще сильнее стиснула дверную ручку.

— Да, знаю. Я знала это еще в тот первый момент, когда только увидела тебя.