ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Пятнадцать лет разлуки. Способны ли они убить любовь? Эми пережила тяжелую психологическую травму и утратила веру в себя. Свифт, воевавший вместе с соплеменниками-команчами за независимость, пережил п... Дикое сердце Кэтрин Андерсон ПРОЛОГ Техас, 1876 год Ветер свистел и стонал, как чья-то потерянная душа, и пронизывал насквозь Быструю Антилопу 1 . Но он стоял неподвижно, подобно могильным изваяниям вокруг. Он видел одинокую могилу сквозь черную пелену своих упавших на лицо волос. Грубо сколоченный крест на могиле Эми Мастере уже давно погнулся в битве с непогодой и бурями. Быстрая Антилопа всматривался в неровно вырезанные на дереве буквы, почти стертые неумолимым временем, и размышлял о том, могут ли слова на кресте хоть в малой степени передать прекрасный мотив песни жизни Эми. Почему-то он сомневался, что эти tivo tivope— письмена белых людей — способны воссоздать живой, земной образ Эми. Эми… Воспоминания вспыхивали с такой ясностью, так отчетливо воспроизводили ее облик, будто они расстались только вчера. Золотистые волосы, небесно-голубые глаза, улыбка, подобная солнечному сиянию… его прекрасная, красивая, храбрая Эми. С воспоминаниями пришли и слезы, которым он не мешал течь по щекам, нимало не стыдясь их, а только чувствуя огромное раскаяние. Оплакать ее надо было давным-давно! Он сгорбился под навалившейся болью. Если бы он приехал раньше! Двенадцать лет! У него разрывалось сердце, когда он представлял себе, как она ждала его здесь, связанная с ним пожизненным обручением, и умерла, прежде чем он смог выполнить клятву и приехать к ней. В ушах у него все еще звучали слова, сказанные Генри Мастерсом всего несколько минут назад: «Ты, грязный команч, ее нет здесь. И если бы кто-нибудь спросил меня, я бы ответил, что для нее было благословением Божьим, что ты не приехал и не женился на ней. Холера унесла ее еще пять лет назад. Она похоронена на задах, за амбаром».

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

У этой девушки волосы были слегка желтоватыми, а у Эми — золотисто-медовыми, но сходство все-таки оставалось и отозвалось в душе ноющей болью. Много лет назад Эми тоже стала жертвой банды команчерос.

Чинк соскочил с лошади, его лицо, обрамленное густыми бакенбардами, расплылось в улыбке. Положив руку на низ живота, он погладил свое мужское естество.

— По ту сторону границы за нее дадут неплохие денежки, и, если мы с ней предварительно позабавимся, цена на нее не снизится.

К ним подъехал Чарли и сбросил девушку со своей серой кобылы. Она вскрикнула, ударившись спиной о землю, и попробовала подняться на ноги. Такой одежды Свифту раньше не доводилось видеть: облегающая бедра юбка и блузка, туго обтягивающая ее налитые груди. Видимо, костюм предназначался для верховой езды, но, каково бы ни было его назначение, сейчас он служил только одной цели — разжиганию мужских аппетитов, а их ведь было целых двадцать человек.

Девушка бросилась бежать. Повернув лошадей, трое бандитов кинулись вдогонку, устроив для себя дополнительное развлечение. Свифт стиснул челюсти. У него не было ни малейшего желания насиловать ее, но он ничего не мог сделать, чтобы помешать остальным. Двадцать револьверов говорили «да» против его единственного «нет». Да и кто виноват, кроме нее самой? Зачем было этой глупой девице кататься верхом в одиночку?

Чинк бросил поводья лошади и погнался за блондинкой. Он только расхохотался, когда она начала брыкаться и попыталась ударить его, когда он тащил ее в тень. Остальные тоже слезли с лошадей и последовали за ними, выстраиваясь в очередь. Свифт молча наблюдал, как Чинк швырнул девушку наземь и ухватился за ее блузку. Во все стороны полетели пуговицы, материя с треском разорвалась. Она завизжала и опять попробовала освободиться.

— Дьявол меня забери, Бык, но на этот раз тебе не придется вылизывать ей сиськи, — засмеялся кто-то.

— Эй, кто-нибудь, помогите мне снять с нее тряпки, — приказал Чинк.

Свифт повернулся и пошел прочь. Только последний дурак разрешит пристрелить себя из-за незнакомой бабы. Она сама прямо-таки напрашивалась, чтобы ей раздвинули ноги, если позволила себе так одеться. Он стал покрепче затягивать подпругу, этими простыми занятиями отвлекая себя от криков девушки. Неужели она думает, что кто-нибудь ее здесь услышит? А если и услышит, кто же станет вмешиваться?

Чинк хрякнул, будто его ударили в солнечное сплетение. В следующее мгновение Свифт услышал звук, заставивший сжаться сердце: крепкий мужской кулак врезался в нежную плоть девушки. Она опять вскрикнула.

— Держите эту суку, чтобы она не брыкалась, — прохрипел Чинк. — Ноги ей раздвиньте и держите, только не очень крепко, я люблю, когда они малость сопротивляются.