ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Однажды кровожадные красные драконы напали на караван, уничтожив семью Дорна Грейбрука и страшно искалечив его самого. С тех пор смыслом его жизни стала охота на драконов — он пытается уничтожить л... Ярость Ричард Ли Байерс Вступление 12-е Фламэруле, год Лунопада (1344 СД [1] ) Мир изменился в одно мгновение. До этого жизнь казалась Дорну Грейбруку прекрасной. Хотя в мрачном доме хозяина девятилетнему мальчику редко удавалось увильнуть от нудной домашней работы, да еще приходилось бегать с поручениями по всему городу, где толпы угрюмых людей бродили среди серых стен, закрывавших солнце. Однако сегодня… Просторы полей, сияя в летней жаре, исчезали вдали по обе стороны пыльной дороги. Впереди возвышались покрытые снегом вершины Драконовых Гор, а на севере Дорн иногда мельком видел лиловые воды Лунного Моря. Наконец-то он вырвался за пределы города, и это ему нравилось. И все же лучше всего была та перемена, которая произошла в путешествии с его родителями. Дома они, измученные годами рабства, часто казались грустными и усталыми. А сейчас мать, решившая пройтись пешком, в окружении полудюжины конвоиров пела песни. Отец же, правя фургоном, шутил с сидящим рядом сыном и рассказывал ему о местах, которые они проезжали. Иногда отец — лысеющий раб с умным некрасивым лицом — позволял Дорну брать поводья и править двумя пегими лошадьми. — Смотрите! — вдруг крикнул Приам. Он указал на небо с западной стороны. Командир конвоя Приам, долговязый наемник со свирепой физиономией, перебил немало бандитов и гоблинов, защищая добро хозяина, и прославился своей смелостью. Но сейчас голос его Неуловимо изменился, словно готов был сорваться. Дорн вгляделся в небо. Сначала он ничего не заметил. Но затем различил какие-то точки, испещрившие синеву. Прищурившись, мальчик разглядел длинные хвосты, змеиные шеи и хлопающие крылья. — Это драконы? — спросил отец, правивший упряжкой. Его голос тож

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Конечно, силач выглядел устрашающе, но их-то было семеро, а пришельцев всего двое.

— Подумайте хорошенько, — сказал хафлинг. — Моего друга зовут Дорн Трейбрук, а я — Уилл Тернстон.

Мэндал ухмыльнулся:

— Никогда о таких не слышал.

Уилл взглянул на Дорна.

— Говорил тебе, надо было заплатить бардам, чтобы рассказывали о наших подвигах.

— Ну, если ты настаиваешь, — ответил Дорн, — давай так и сделаем.

Дорн вытащил массивный меч из оловянных ножен, такой длинный и тяжелый, что не всякий воин смог бы им орудовать двумя руками. Дорн делал это одной. Он сжал меч рукой в кожаной перчатке, руку же, закованную в железо, выставил вперед.

Тем временем Уилл достал из-за пояса пращу. Казалось, это менее внушительное оружие годилось разве что для драки в соседнем квартале, да и сам хафлинг выглядел тщедушным по сравнению с мерзавцами. Но если Уилл и отдавал себе в этом отчет, то Кара этого не заметила. Он усмехнулся, словно предвкушая удовольствие от выпавшей возможности себя показать.

— Убейте их, — сказал Мэндал.

И мерзавцы двинулись в наступление. Их внешний облик изменился. Преображение было молниеносным. Кара увидела редкую серо-черную шерсть, покрывшую их кожу, лица превратились в морды, передние зубы вытянулись в клыки, появились усы, и у этих тварей выросли облезлые хвосты. Через мгновение перед Карой стояли хоть и на двух ногах, хоть и держа оружие, но уже не люди, а наполовину грызуны.

Превращение из людей в подобие крыс рассеяло все сомнения Кары насчет намерений Мэндала и его дружков. Надо было помочь незнакомцам. Она встала, пошатываясь, и произнесла заклинание. Но тут что-то ударило ее прямо в голову.

Один из крысолюдей, увидев, что она встает, метнул в нее горшком, и Кара рухнула на пол среди черепков. Оглушенная, она все же попыталась подняться, но не смогла. Оставалось лежать и смотреть на разворачивающуюся драку.

Ее потенциальные спасители, казалось, остались равнодушными к произошедшим метаморфозам. Дорн даже не пошевельнулся, когда оборотни направились к нему, и только когда они приблизились, ринулся вперед. Этот огромный, тяжеловооруженный человек двигался так быстро, что крысоподобные существа опешили. Дорн размахнулся и кулаком в перчатке, усеянной шипами, нанес удар по черепу оборотня. Железная перчатка явно обладала магической силой, потому что обычное оружие не причинило бы оборотню вреда. Мерзкая тварь отлетела назад и рухнула на пол без признаков жизни, из ее бесформенной головы ручьем лилась кровь.

Еще трое оборотней бросились на Дорна. Казалось, силачу не устоять, но он так работал перчаткой, отражая удары, чтоему удалось вырваться из вражеского кольца. Покончив с этим, он встал в исходную позицию: железная рука вытянута вперед, в другой — наготове меч.