Дэшвуд упал ничком; и его тело сплюснулось в нечто неузнаваемое; грудь ушла внутрь, легкие превратились в мешочки, изливавшие черную жидкость в грудную полость. Ноги в брюках сильно съежились, брюки пропитались кровью.
Оторвавшись от этого жуткого зрелища, Донна наконец двинулась прочь. Джули последовала за ней.
Они вышли из той же двери, через которую попали внутрь, переступили через тело Фаррелла и вдруг осознали, что дыхание, которое они слышали с тех пор, как вошли в дом, прекратилось.
Из стен сочилась кровь.
Все время, пока они спускались по лестнице и шли по коридору, по штукатурке и по камню текли потоки темной жидкости.
Наконец они вышли в холл, в следующую комнату и вылезли из того же окна, через которое проникли в дом.
Дул прохладный ночной ветер, но даже и он не мог перебить запах разложения, все еще осаждавший их ноздри.
Джули уже бежала по дорожке вдоль дома. Донна оглянулась на дом и пустилась бежать вслед за сестрой.
Со всех сторон доносился приближающийся вой сирен.
Через несколько минут первый полицейский автомобиль уже прибудет на место.
Глава 92
Идя к машине, они наблюдали, как полицейские окружают дом на Кондуит-стрит. Выпрыгивая из своих машин, одни бежали к парадной двери, другие скапливались на дорожке.
Донна наблюдала за происходящим безучастными, лишенными всякого выражения глазами. В душе у нее было пусто. Из нее как будто высосали все ее чувства, вплоть до последней капли Она была в полном изнеможении, не могла даже двигаться, не то что разумно рассуждать.
И все же в ее ушах отдавались слова Дэшвуда:
— Он был одним из нас.
Она быстро опустила голову и закрыла глаза.
— Полицейские будут искать...
Голос Джули, казалось, звучал за многие миллионы миль. Донна подняла голову и поглядела на сестру.
— Полицейские будут искать тех, кто убил этих людей, — продолжала младшая сестра.
— Но они не будут искать нас, — сказала Донна.
Джули пристально на нее посмотрела.
— Ну, теперь-то ты наконец удовлетворена? — спросила она. Донна ничего не сказала.
— Они все мертвы. Как ты и хотела. Что ты при этом испытываешь?
— Мы должны вернуться в коттедж, — спокойно произнесла Донна. — Дэшвуд сказал, что я узнаю правду в подвале. А подвал есть только в коттедже. Поэтому мы вернемся туда.
— Не мы, Донна. Только ты. Я полностью вымоталась. И уезжаю. Ты можешь остановить меня, только если убьешь. — В глазах Джули мерцали слезы.
Донна устало взглянула на свою младшую сестру.
— Я должна бы тебя ненавидеть, — мягко сказала она. — За все, что ты сделала. За то, что ты отняла у меня Криса.
— Я не отняла его у тебя, — возразила Джули.
— Да, он продолжал жить со мной, но, как я уже тебе говорила, ты вошла в его жизнь. А его жизнь должна была принадлежать только мне и ему. Поэтому я ненавижу тебя. — Ее щеки оросили теплые слезы.






