ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Однажды, вечность назад, Творец совершил свою единственную ошибку. И началась война. Война, в которой невозможно победить, можно лишь выиграть схватку, зная, что за ней последует новая — Перемирий... Инквизитор Сергей Сергеевич Семенов 1 Как обычно, в середине мая злобная и мстительная стерва по имени Зима решила в последний раз напомнить о себе, громко и неприятно хлопнув дверью. Вечера стояли мрачные, серые, отнюдь не весенние, и уже начавшая привыкать к теплу юная зелень, робко выглянувшая из давно оттаявшей земли, теперь засыпала, покрываясь тонким слоем белого инея, который не желал пропадать даже после восхода солнца. Такие вечера бывают обычно по осени, в конце сентября — начале октября, когда бесстыдные деревья уже сбрасывают свои золотистые одежки, обнажая набухающие холодной влагой дождей черные ветви и неприветливо помахивая ими под порывами холодного ветра. Но так бывает осенью… В мае все должно быть по иному — и деревья не бросаются листвой, а только-только набираются сил, чтобы в одном безумном порыве взорвать жизнь внутри себя, выплеснуть ее наружу и облачиться в новое, девственно чистое платье зелени и цветов; и солнце припекает все жарче и жарче, насыщая землю и воздух золотистыми мелодиями пробуждения. Сегодня, как, впрочем, и всю неделю до этого, было иначе. Неприветливо, зябко, сыро. Омерзительный, холодный и мелкий дождь, лениво накрапывавший еще с утра, хорошо вписывался в картину осеннего уныния и на общем фоне даже не казался незваным пришельцем, вырванным из середины октября. Но, скорее всего именно он и являлся виновником серой пустоты, опустившейся на город и окружающие его деревни. Естественно, в такую погоду на улице не увидишь даже бродячей собаки. О людях, привыкших, к вечерним сериалам и предпочитающих тепло и уют дома, говорить не приходилось. Впрочем, исключения бывают всегда… Эхо выстрела треском сломанной сухой ветки скользнуло сред

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Падший, невоплощенный, посланный на эту Инквизицию, как ягненок на заклание. И ты победил. Не поделишься секретом?

Дэв вплотную приблизился к асуру, склонился над ним так, чтобы Ангот увидел Тьму в его глазах.

— Если бы я знал ответ на этот вопрос, — проговорил он, — я бы уже давно был в Свете.

— «Неисповедимы пути Господни», — усмехнулся асур. — Любимая фраза святош. Думаешь, у Творца особые планы на твой счет? Или на это Творение?

— Неисповедимы пути Господни, — повторил Лард. — Однако теперь позволь мне завершить начатое. Ты прав, Ангот, в этом Творении слишком много Тьмы. А с тобой, даже мертвым, ее станет еще больше. Этого я допустить не могу.

Инквизитор встал на колени, впитывая столько энергии Творения, сколько только могла вместить его Суть. Затем он поднял руки над головой, закрыл глаза.

— Что он делает? Молится, что ли? — спросил Борис, оглянувшись.

Они отошли на довольно приличное расстояние, но Ларда, застывшего в молитвенной позе со вскинутыми вверх руками, видели хорошо. Дайлана тоже оглянулась, присмотрелась повнимательней. Несколько секунд ничего не происходило. Затем вдруг между руками Инквизитора ударила толстая белая молния. Следом еще одна. А когда последовал третий разряд, над головой дэва появилась маленькая светящаяся точка, которая стала быстро увеличиваться в размерах.

— Дьявольщина! — прошептала ведьма. — А еще пару минут он потерпеть не мог?

— Что это? — спросил Борис, готовясь испугаться.

— Ничего хорошего, если мы сейчас не уберемся отсюда как можно дальше! — отозвалась ведьма и перешла на бег.

Забыв про боль в едва успевшем срастись колене, Борис последовал за ней.

Тем временем точка уже достигла размеров футбольного мяча, превратившись в сияющий плазменный шар.

— «Белая звезда», — прошептал Ангот, зачарованно глядя на формирующееся заклинание дэва. — Наслышан. Но никогда не думал, что увижу его.

Лард не ответил, продолжая накачивать заклинание энергией. Для «Белой звезды» ее требовалось необычайно много. Но только это заклинание высшего уровня могло выжигать чистую Тьму, коей являлся Ангот. Растворять ее без следа. Это было необходимо, иначе после смерти асура его тело распадется, и Тьма, из которой соткана его плоть, сольется с Творением и сделает этот мир еще более мрачным, местом, которое однажды уже не надо будет защищать, ибо оно окажется погруженным во Тьму само по себе.

Медленно вращаясь, шар поднялся выше, все быстрее и быстрее увеличиваясь в размерах. Теперь он был уже несколько метров в диаметре. На его поверхности стали появляться маленькие протуберанцы, делая шар похожим на миниатюрное солнце. Жар стал невыносимым. Чешуя на теле Ларда раскалилась докрасна, но он этого не замечал. Его собственное заклинание не могло принести Инквизитору вреда.