ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сотни женщин мечтают исполнить каждое его желание, а сотни мужчин, не раздумывая, пожертвуют жизнью, чтобы он остался с ними.Такова видимая часть полученного вчерашним аспирантом биофака Александро... Избранник Андрей Георгиевич Степаненко Часть первая ПРИЗРАК СИЛЫ Поначалу, когда мотор «кукурузника» чихнул и заглох, никто ничего не понял. Но когда в наступившей тишине послышалась целая серия судорожных щелчков, а затем яростный мат пилота, народ встревожился и зашевелился. — Чего это? — настороженно повернулась к Сашке соседка — приятная дама за тридцать. — Технический перерыв, я думаю, — бодро отшутился он и сунул так и не раскрытый томик великого Кастанеды в рюкзак. И в следующий миг самолет вздрогнул, повалился набок, сердце выскочило в горло, а его самого сорвало с сиденья и швырнуло в объятия белой как полотно соседки. И тогда народ закричал. Позже, пытаясь детально вспомнить, что и как происходило, Сашка будет постоянно застревать на этом моменте. Пронзительный и яростный крик еще живых людей и холодное, мертвое — уже мертвое — безмолвие машины. В этом и был ужас. Его часто будут спрашивать, что он тогда почувствовал, и Сашка не будет знать, что ответить. Нет, он прекрасно все видел и слышал потом, спустя много дней и даже недель, мог вспомнить, кто где находился, кому какой голос принадлежал и даже запах... он запомнил мельчайшие оттенки запахов: обивки сидений и обшивки салона, шерсти свитеров и пота, кофе с молоком из лопнувшего термоса и запах младенца, орущего через два кресла от него. Он воспринял и запомнил цвета и звуки, форму, фактуру и запах каждого предмета и человека. И никаких мыслей. Никаких эмоций. Вообще ничего своего! И только потом, когда его вдавило в кресло, он испугался. Наверное, потому, что осознал: самолет выровнялся, а значит, есть надежда. Этот мгновенный, запоздалый и очень глубокий испуг и был, пожалуй, первым посылом изнутри, первым

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

По тротуару прошел человек в синем летном пальто, и Сашка проводил его внимательным взглядом. Человек остановился.

«А ну-ка, подойди сюда», — мысленно приказал Сашка, и человек послушно развернулся и подошел к сидящему на лавке парню с дикими глазами и странным ожогом на лбу.

— Спичек нет? — Сашка покачал головой.

Мужик нерешительно прокашлялся. Он явно не осознавал причин, по которым остановился у скамьи.

— А время не подскажешь? — поинтересовался он у Сашки.

И тогда Сашка вспомнил, где он его видел.

— Ты ведь летчик? — прищурился он.

— Ага, — шмыгнул носом мужик.

— Ты делегацию в область отвозил...

— Верно! — обрадовался мужик и пригляделся: — Постой! Это же ты был там... с ломом!

Его лицо судорожно исказилось.

— Успокойся, — приказал Сашка. — И присядь. — Летчик сел рядом с ним, и черты его лица начали разглаживаться.

Сашка всё еще не понимал, как так вышло, что анализы в области ничего не показали, и чувствовал: это для Силы может оказаться достаточно важным.

— Ты же через врачей проходил?

— Два дня продержали, — шмыгнул носом летчик.

— И делегатов тоже ведь проверяли?

— Всех.

— И ничего не нашли?

— Ничего, — скорбно мотнул головой несчастный мужик и снова шмыгнул носом. — Только грипп.

— Грипп? — нахмурился Сашка.

— Ага, — в бесчисленный раз шмыгнул носом тот. — Только грипп.

«Только грипп...»

— Я и сейчас еще болею, — пожаловался летчик. — От полетов отстранили, голова — как чугунный котелок! Тяжко...

Сашка заинтересовался. Они все там обнимались с Бугровым! Они не могли не заразиться вирусом Силы! Хотя бы один, но должен!

Но и Рейнхард сказал то же самое. Ни у делегатов ничего не нашли, ни в отосланных в область органах. Чисто и пусто! Последствия налицо, а источника нет. Впрочем, Рейнхард сказал, что с органами так могло получиться из-за нарушения температурного режима.

«Температурного режима?»

— Ты температурил?

— Да.

— У всех была температура?

— Я не знаю, — шмыгнул носом летчик. — Но лично у меня была под сорок.

Сашка резко поднялся, охнул от мгновенно прострелившей всё тело боли и снова сел. В этом что-то было.

Он совершенно точно знал, что некоторые микроорганизмы не переносят высокой температуры. Собственно, температура и есть главный защитный механизм тела, и большинство вирусов ее просто не выдерживают.

— Особенно вирусы, не до конца приспособившиеся к человеку, — вслух произнес он.

— Вы что-то сказали?

В груди у Сашки полыхнуло, а горло перехватил спазм.

— Нет, ничего, — улыбаясь, покачал он головой. — Можешь идти.

— Спасибо, — смущенно поблагодарил мужик и бегом-бегом двинулся прочь.

Всю дорогу до горбольницы Сашка разрывался пополам. Он отчаянно хотел дать Силе возможность поднять эту отсталую планету на новый уровень.