ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Века и века назад сын бога войны Орлак, пожелавший поработить этот мир, потерпел поражение и был навеки заточен в магическую тюрьму на далеком Севере, где его вечно охраняют двенадцать Паладинов-ча... Предательство Фиона Макинтош ПРОЛОГ Тепло, безоблачно и тихо. Лучшего дня для казни не придумаешь. Саллементро обвел собирающуюся толпу искушенным взглядом. Удивительно, с чего они все как в воду опущены. Время к полудню. Скоро выведут заключенного — как сообщил, не обращаясь ни к кому конкретно, ближайший зевака. Его соседи кивнули. Люди вполголоса переговаривались и переминались с ноги на ногу. Похоже, никто не обращал внимания на глупые выходки шута, который куражился перед ними — его наняли развлекать зрителей, чтобы они не разбежались раньше, чем свершится правосудие. Правда, если он чего-то и добился, то лишь возможности полюбоваться их ушами и затылками. Стараясь отгородиться от назойливого шума, люди погружались в собственные мысли. «Все это очень любопытно», — подумал Саллементро. Он прибыл в Тал только этим утром. Еще один странствующий менестрель, который надеется пленить своим талантом какого-нибудь благородного господина, столь же именитого, сколь и состоятельного. Благородному господину, конечно, требуются услуги трубадура, чтобы очаровать свою даму или произвести впечатление на друзей. А может быть, мечтательно размышлял Саллементро, его даже пригласят выступить при дворе. Вот было бы здорово. Он заставил себя вернуться к реальности. На каждом постоялом дворе, у каждого лотка на городских рынках только и говорили, что о предстоящей казни, однако выяснить хоть что-то об осужденном трубадуру пока что не удалось. Ясно было только одно: этот юноша — не простая птица. А как еще объяснить, что Его величество король Лорис, по слухам, лично вынес преступнику смертный приговор, да еще и назначил для него такую казнь? Распятие на кресте и побивание камнями. Саллемен

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но почему Великий Лес позволил Готу забраться так далеко? Что происходит?

До сих пор сокол с наслаждением наблюдал, как Лес морочит мерзавца Инквизитора. Тропинки, которые появлялись ниоткуда, то обрывались, то замыкались сами на себя, то выводили к водопадам и непролазным зарослям. Надо было видеть лицо Инквизитора, когда он стоял перед отвесной скалой, в которую упиралась протоптанная стежка! Казалось, деревья и кусты развлекаются, заставляя Инквизитора кружить в чаще. Но на этот раз все шло по-другому. Гот подобрался к самому Сердцу Лесов. Это было достаточным поводом для беспокойства.

Вскоре, к радости Соррели, появилась Арабелла. Теперь, когда боли становились слишком сильными, женщины вместе водили Элиссу по поляне.

Наступила полночь. Родовые схватки продолжались вот уже десятый час, а перемен все не было. По словам Соррели, роды у женщины — как лестница в три пролета. Элисса никак не могла миновать второй, чтобы начать восхождение на третий. Течение родов прекратилось, вместо того чтобы набирать силу.

— Нас ждет долгая ночь, — Соррель старалась не выдать беспокойства. Состояние ребенка внушало большие опасения. Элисса далека от того, чтобы разрешиться от бремени. Значит, малышу придется продержаться до рассвета… если не дольше. К этому времени жизнь и матери, и ребенка будет висеть на волоске. Соррель успокаивала себя лишь тем, что волшебство Леса, возможно, придет им на помощь.

Тор уже давно расправился с тряпками и теперь стоял в тени, едва сохраняя присутствие духа. Клут скрывался где-то среди ветвей. Лучше бы сокол, как обычно, сидел у него на плече, подумал Тор. Элисса стонала, и каждый ее стон усиливал их тревогу: не нужно было быть повитухой, чтобы понять, что она теряет силы.

Чтобы немного успокоиться, Тор окликнул своего пернатого друга.

«Что нового в Лесу?»

«Тебе лучше не знать».

Клут тут же пожалел, что поспешил с ответом. Тор был весь внимание.

«Ты о чем?»

«Не обращай внимания, — сокол попытался говорить небрежно. -Тебе есть о чем беспокоиться, Тор. Поговорим об этом позже… Спроси у Соррели, как дела».

«Нет нужды, Клут. Я и сам вижу, что Элиссе не стало лучше. 1ак что поговорим сейчас, хочешь ты или нет».

Клут понял, что сам себя загнал в угол. Тор услышал, как сокол вздохнул.

«Гот идет по Великому Лесу. С ним отряд королевской стражи».

«И он давно здесь?».

Внутри у него словно что-то оборвалось. Нет, он не страшился Гота. Но слишком хорошо знал, какой ужас охватывает Элиссу при одном имени Инквизитора.

«Пять месяцев», — мягко ответила птица.

На этот раз Тор даже не потрудился обратиться нему мысленно.

— Что? — заорал он.

Все разом обернулись в его сторону — даже Элисса, превозмогая боль, открыла глаза. Тор махнул рукой, призывая не обращать на него внимания, и отступил дальше в тень.