ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Века и века назад сын бога войны Орлак, пожелавший поработить этот мир, потерпел поражение и был навеки заточен в магическую тюрьму на далеком Севере, где его вечно охраняют двенадцать Паладинов-ча... Предательство Фиона Макинтош ПРОЛОГ Тепло, безоблачно и тихо. Лучшего дня для казни не придумаешь. Саллементро обвел собирающуюся толпу искушенным взглядом. Удивительно, с чего они все как в воду опущены. Время к полудню. Скоро выведут заключенного — как сообщил, не обращаясь ни к кому конкретно, ближайший зевака. Его соседи кивнули. Люди вполголоса переговаривались и переминались с ноги на ногу. Похоже, никто не обращал внимания на глупые выходки шута, который куражился перед ними — его наняли развлекать зрителей, чтобы они не разбежались раньше, чем свершится правосудие. Правда, если он чего-то и добился, то лишь возможности полюбоваться их ушами и затылками. Стараясь отгородиться от назойливого шума, люди погружались в собственные мысли. «Все это очень любопытно», — подумал Саллементро. Он прибыл в Тал только этим утром. Еще один странствующий менестрель, который надеется пленить своим талантом какого-нибудь благородного господина, столь же именитого, сколь и состоятельного. Благородному господину, конечно, требуются услуги трубадура, чтобы очаровать свою даму или произвести впечатление на друзей. А может быть, мечтательно размышлял Саллементро, его даже пригласят выступить при дворе. Вот было бы здорово. Он заставил себя вернуться к реальности. На каждом постоялом дворе, у каждого лотка на городских рынках только и говорили, что о предстоящей казни, однако выяснить хоть что-то об осужденном трубадуру пока что не удалось. Ясно было только одно: этот юноша — не простая птица. А как еще объяснить, что Его величество король Лорис, по слухам, лично вынес преступнику смертный приговор, да еще и назначил для него такую казнь? Распятие на кресте и побивание камнями. Саллемен

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но, думаю, он окажется торопыжкой…

Однако к концу дня им стало не до смеха.

Солнце клонилось к закату, и боли усиливались. Элисса по поляне ходила взад и вперед — так ей было легче. Время от времени то Тор, то Саксен брал будущую мать под руку и прогуливался вместе с ней. К сумеркам Элисса уже еле держалась на ногах, хотя и продолжала ходить. Теперь ее спутники не отходили от нее ни на миг: как только один собирался отдохнуть, второй тут же оказывался радом и предлагал руку.

Когда совсем стемнело, на поляне, к всеобщему облегчению, появилась Соррель. Для Элиссы это не было неожиданностью: едва почувствовав боль, она мысленно оповестила свою наставницу. Разумеется, старушка поспешила на зов.

Солиана, выполняя просьбу Тора, встретила ее по дороге и привела с собой Кетая, который на удивление быстро доставил повитуху на место.

Первым делом Соррель приказала Тору и Саксену удалиться, но не отходить далеко: они могли понадобиться в любой миг. Она уже поняла, что этой ночью ей придется призвать весь свой опыт родовспоможения: ребенок лежал очень неудачно. А если учесть, что у Элиссы еще не было детей… Она напоила будущую мать настойкой, которую извлекла из своей бездонной сумки; молодой женщине вскоре полегчало, и она задремала, но то и дело ворочалась и вскрикивала.

Мужчины, не находя себе места от беспокойства, топтались у края поляны. Их было необходимо чем-то занять. Это оказалось несложно: Тор получил кучу тряпья, которое надо было рвать на лоскуты, а Саксен развел костер и грел воду. Солиана тенью бродила вокруг поляны, отгоняя слишком любопытных обитателей Леса. Время от времени в ночном небе мелькала другая тень — Клут тоже был в дозоре.

Острый глаз позволял соколу видеть все, что происходило на земле. Весь день Клуту не давало покоя дурное предчувствие- вот почему он, против обыкновения, не сидел на плече у Тора, а носился над вершинами деревьев. К тому же страхи обычно заразительны, а Клуту не хотелось, чтобы Тору передалась его тревога. Конечно, все его друзья беспокоились за Элиссу и ребенка, но такого страха Клут прежде не чувствовал.

Виной этому страху был Гот. Инквизитор так и не отказался от поисков. Он снова и снова возвращался туда, где Саксен и Соррель вошли в Великий Лес.

Скорее всего, Гот надеялся, что следы повозки приведут его к тем, кто в ней ехал. Тогда он снова сможет загнать свою жертву в угол. Со дня свадьбы Тора и Элиссы Клут пристально наблюдал, как Инквизитор прочесывает лес. Он уже предпринял четыре вылазки и уходил ни с чем, кипя от ярости. Но на этот раз все было иначе. Гот вернулся с отрядом королевской стражи — похоже, Лорис дал добро на поиски.