Мозг сшиза может просто-напросто не выдержать и дать сбой в реальности.
Он в изнеможении опустился на колени, слыша, как в наступившей тишине смеется Сти. Победно, вязко, уничижительно.
— Вот кого нужно на роль героя тебе брать, режиссер, — с сарказмом бросила она ошеломленному схваткой Петровскому. И обратилась к тяжело дышащему Рысцову: — Валера, Валера… Мы ведь с тобой работали вместе. Неужто ты думаешь, что я такая близорукая идиотка? Да я каждое твое движение могу спрогнозировать, могу предугадать, когда у тебя эрекция наступит! Ты смешон.
Рысцов ничего не ответил. Он позорно проиграл.
Сти поправила полоску темного шелка, заменяющего бюстгальтер, и провела ладонями по талии и бедрам.
— Ваша незадачливая авантюра не удалась, ребятки, — ледяным тоном сказала она. — Приятных сновидений.
Два сопровождающих ее сшиза подняли руки, и Валера посмотрел в ликующие глаза торжествующей хозяйке. Сумасшедшая, как-то отрешенно подумал он. Обыкновенная дура.
Ударили они синхронно.
Пространство вспыхнуло, обжигая сознание и замораживая его одновременно. Стены двинулись с мест, предметы потеряли четкость, звуки застыли на низкой вибрирующей ноте. И на миг помещение будто схлопнулось, превратилось в геометрическую точку. А потом рассыпалось на мириады сегментов…
Рысцов видел, как лицо Сти замерло в коловерти кривых росчерков. Фантомные чувства? Последнее впечатление жизни?..
…Грохот ударил по ушам внезапно и больно. От него даже свет померк, и все поплыло перед глазами.
Эскорта Сти больше не было. Вместо двух мощнейших сшизов второй категории слева и справа от нее зияли неглубокие воронки с оплавленными краями.
Сти моргнула. Правое веко запоздало, делая картинку прерывистой. Улыбка все еще оставалась на красивом лице, когда она сделала первый шаг назад.
— Беги, девочка. Беги без оглядки. Беги и знай, твой призрачный мирок скоро рухнет… Беги.
Всеволод проговорил все это шепотом, но услышали все. Рысцов только сейчас понял, что это он — спившийся ученый — уничтожил двух боевых сшизов.
Сти повернулась и исчезла в проходе.
— Зачем вы отпустили ее? — воскликнул обретший наконец дар речи Аракелян.
— Смерть — слишком милосердное наказание.
— Первая категория? — спросил Рысцов, не глядя на Всеволода.
— Да, — просто ответил тот. — Давайте закончим то, что начали. И простите, что не спас вашего друга… Я не успел. Не думал, что… из автомата…
Все потихоньку приходили в себя. Валера молча подошел к саркофагу и стал машинально откидывать в сторону оставшийся хлам. Через минуту к нему присоединились оба ученых.
Только Андрон не помогал. Он так и остался стоять рядом с окровавленным телом подполковника, глядя на сумрачное жерло прохода, в которое убежала Сти.






