Я парализована!
Первый санитар.
А я без ног!
Поплевав на ладони, они снова берутся за носилки. Другой коридор. Дверь с табличкой «120». Уже совсем рассвело Из-под двери валит густой дым. Появляются вконец измученные санитары со своей ношей. Ставят носилки. Первый санитар утирает пот со лба. Второй закашливается. Первый санитар с удивлением смотрит на него и принюхивается.
Первый санитар.
Скажи-ка! Никак горим!
Они оглядываются по сторонам и замечают дым, который валит из комнаты. Второй санитар стучит в дверь. Никто не отвечает. С вопросительным видом он оборачивается к напарнику.
Первый санитар.
Стучи сильней.
Второй санитар стучит сильнее.
На экране довольно большая, но очень бедная комната. Неприбранная железная кровать (обычная больничная койка), на столике таз и кружка, этажерка, заставленная медицинскими книгами, письменный стол. На полу, возле кровати, раскрытый чемодан; рядом закрытый чемодан и еще один раскрытый (набитый одеждой и бельем). Посреди комнаты чугунная печка с длинной трубой, которая упирается в потолок. Мы видим со спины мужчину, который сидит на корточках перед печкой, откуда вырываются клубы дыма. На полу, рядом с ним, связки бумаг, тетради, которые он методически запаивает в печку, где их пожирает огонь. Окно наглухо закрыто, портьеры опущены; комнату освещает только пламя из печки. Фрейд наконец слышит стук, встает и идет к двери. Мы замечаем, что он курит сигару.
Фрейд крупным планом: ему двадцать девять лет, у него густая черная бородка, густые брови. Прекрасные, глубоко посаженные, темные, пристально глядящие глаза. Он выглядит так, словно только что проснулся. Вид у него ошалевший; лицо покрыто копотью. Руки, кстати тщательно ухоженные, тоже черны от копоти. Он одет, бедно, но опрятно.
Фрейд подходит к двери, поворачивает ключ и отодвигает засов. В дыму возникают санитары; они кашляют. Санитары оторопело смотрят на Фрейда. Фрейд, преодолев свою растерянность, глядит на них сурово и строго.
Первый санитар
(как бы извиняясь).
Мы думали, что здесь пожар.
Фрейд.
Здесь ничего не горит.
Второй санитар.
Не горит?
Фрейд
(сухо и иронично).
Как видите, нет.
Он хочет закрыть дверь. Санитары умоляюще указывают ему на больную.
Фрейд.
А, эта истеричка. Ну и что?
Первый санитар.
Никто ее не берет.
Фрейд.
Я знаю.
Он отбрасывает сигару и подходит к истеричке: та, словно завороженная, смотрит на Фрейда.
Старуха.
Я слепая.
Он наклоняется и всматривается в ее глаза.
Фрейд
(нежно).
Нет, фрау
,
вы не видите, но вы – не слепая.
Он приподымает одеяло, которым укрыта старуха. Она в одной рубашке. Левая нога парализована; скрюченные пальцы словно вцепились в ступню. Он ощупывает ногу. Больная, похоже, ничего не чувствует. Он укрывает одеялом ноги больной и распрямляется.
Фрейд.
Несите ее в неврологическое отделение.






