ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

`Шаманка` - автобиографическая повесть женщины о поиске своего подлинного я, разворачивающаяся на фоне индейской культуры… Простая погоня за свадебной корзинкой превращается в полное опасностей и и... Шаманка Линн Эндрюс Эту книгу я посвящаю Дэвиду Карсону - поистине невидимому человеку - Сколько раз я повторяла тебе, - упрекает она меня, продолжая покачивать головой, - свадебная корзинка не продается. Ты должна заслужить ее. Меня бранят. Мое внимание сейчас обращено к горящему глазу вороны, чье тело начинает поворачиваться в сторону лица старухи, повторяя все те же движения метронома. Я пугаюсь. Ворона начинает подражать голосу женщины. Два голоса становятся отчетливыми и сварливыми. Я вздрагиваю всем телом. - Нет, и не узнал бы никогда его работ, но зато я всегда узнаю псевдоинтеллектуалов и самозванцев от искусства, как только встречаюсь с ними. Идем отсюда побыстрее - не терпится выпить. - Но я хочу получить эту фотографию, - запротестовала я. - Приходи сюда завтра без меня и закажи ее, - буркнул Иван, вытаскивая меня за руку из толпы. - По крайней мере, дай мне хотя бы записать имя, - >взмолилась я, роясь в сумочке и тщетно пытаясь найти ручку и блокнот. Подняв голову, я увидела, как Иван машет мне рукой. «А, ничего, запомню: «Свадебная корзинка», художник Мак-Киннли», - сказала я сама себе и устремилась к Ивану. С этой ночи мне стали являться странные видения. Я не могла спокойно уснуть. За окном спальни в кроне каштана кричала сова. Укрывшись с головой одеялом, я лежала безмолвно и неподвижно. Когда я начала засыпать, образы свадебной корзинки, темные и таинственные, явились ко мне в видениях. Сон, словно вихрь, с диким звуком ворвался в мое сознание. Я тут же проснулась и села в кровати, с испугом глядя прямо перед собой. Резко отбросив одеяло, я зашагала в ванную, зажгла свет, открыла аптечку и стала рыться в ней, боясь увидеть в зеркале летающие тени. Флакон

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он расхаживает везде, прокладывает себе путь локтями и совершенно не умеет красться незаметно. Он силен, как молодой бык, и может стать религиозным или политическим лидером, но всегда будет оставаться лишь неявшимся охотником. Он может завести тебя лишь туда, куда дошел сам, и почему бы ему не сделать этого? Глупец

еоеи

что его блестящая находка - это центр вселенной. Прижимая ее к груди, глупец орет не своим голосом и приглашает всех прийти и полюбоваться его открытием. И люди являются из всех уголков земли, вымарав себя узорами, подражая его фальшивой раскраске. Они рядятся в его одежды и следуют за ним - навстречу своей погибели.

Наверное, ты думаешь: «Ну, уж я-то никогда не пойду за глупцом!» Но не смейся. Я могла бы хоть сейчас отослать тебя прочь с блистательным открытием. Ты могла бы обладать всеми великолепными корзинками, когда-либо существовавшими на земле. Кроме одной. Я могла бы обмануть тебя, сказав, что вручаю тебе

Ты уедешь счастливой и увезешь с собой муляж. Но я не стану обманывать тебя. Я не перестану учить тебя. Я хочу, чтобы у тебя было то, ради чего ты явилась сюда. Я хочу, чтобы ты обязательно получила эту

свадебную корзинку.

Наверное, для меня это значит больше, чем ты себе представляешь.

Возле покосившегося забора паслась пара тощих коров. Казалось, кости вот-вот прорвут кожу изнутри. Шерсть на их спинах вылезла клочьями, вымя казались пустыми, а колокольчики на шеях то и дело звякали, пока коровы пощипывали жидкую травку.

«Форд» старинной модели лежал на боку, ему недоставало большинство деталей, в том числе и осей. Дырявый гамак, натянутый между задним бампером машины и уборной, ритмично покачивался на ветру.

Я вздрагивала и чуть ли не подскакивала каждый раз, а Бен или Драм хлопали дверью хижины, чтобы сходить в туалет или помочиться прямо с крыльца. Казалось, Рыжий П

с

не отправляет естественных потребностей вообще. Ничто не говорило о его присутствии в хижине. Единственные звуки, которые я слышала за эти два дня, - кудахтанье кур, звон колокольчиков коров да хлопанье дверей.

Под конец второго дня из хижины донесся жуткий вой, от которого волосы на моей голове стали дыбом. Звук поначалу напоминал крик совы, а затем на смену ему пришли вопли какого-то доисторического животного. Через несколько секунд стали разноситься пронзительные стоны, в ответ на которые слышалось низкое рычание. Эти звуки продолжались долгое время, но мне так и не удалось определить их источник.

Смолкли они столь же неожиданно, как и возникли. Единственное, что доносилось до моего слуха, - это шорох листвы и шум ветра, гуляющего по равнине. Я уже была готова закрыть глаза и задремать, когда услышала громкий звук удара и быстрый топотмаленьких лапок.