ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В будущем жизнь на Земле прекрасна. Болезни побеждены, голод закончился, война и страдания уничтожены. Справедливость доступна всем, и ни один человек не покушается на волю другого.Уолтер Блант неп... Некромант Гордон Диксон ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ИЗОЛЯЦИЯ Глава 1 Рудник, вообще-то говоря, был автоматизирован. Его оборудование, ценой 180 миллионов долларов, развернутое на 3,5 кубические мили в золотоносной скале – гранит и кварц, – контролировалось единственным центром, в котором находился дежурный инженер. Как громоздкий, многоцелевой организм, рудник двигался по пластам скалы. На разных уровнях он словно выгрызал золотую руду, скатывал в катыши размером с гальку и поднимал в вагончике на высоту 600 футов, а то и выше. По мере того как техника двигалась, она оставляла заброшенный ствол шахты, подъемные тоннели, новые разведывательные штольни и стопоры. Она вытягивала огромную центральную пещеру, сквозь которую могучая техника и ее контролирующий центр упорно ползли вперед, укладывая перед собой рельсы, а затем их убирая. За всем следил единственный дежурный инженер. Но здесь не было мании величия. Он сидел перед контрольными приборами, как единое с ними целое. В его обязанности входил окончательный контроль. Логическое решение и факты, на которых он основывался, просчитывались компьютерными элементами в оборудовании. Логически оптимальное решение можно было получить, прикоснувшись к кнопке. Но обнаружилось, что оно было больше техническим, чем логическим. Лучшие инженеры имели ЧУВСТВО. Эта чувствительность рождалась из опыта, из таланта и даже чего-то вроде любви. Любви не только к горам, но и к технике, которую они оседлали и направляли. Это тоже дополняло список человеческих качеств, для которых необходим был особый талант. Менее десяти процентов молодых горных инженеров, подготавливаемых ежегодно, оказывались способными слиться воедино с титаном. Даже на переполненных специ

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Великие муки примет Женщина и ее еще нерожденное дитя, когда последнее усилие уничтожить себя будет отнято!

Своим внутренним «я» Человек будет осужден, и только гибель поможет выжить душам.

Звонок возвестил о внезапной остановке вагонеток с рудой. Рука Пола автоматически протянулась и включила пятнадцатиминутную остановку.

– Итак, я обвиняю вас, – голос с экрана звучал как удары гильотины. – Вы заботитесь о благосостоянии, а не о душах. Не внемлите обещанию жизни, а верите в реальность смерти. Осуждаете себя за долги. А вот самый Высший Долг – абсолютная гибель.

ГИБЕЛЬ. ГИБЕЛЬ. ГИБЕЛЬ...

Пол прищурился и выпрямился. Его окружали стены шахты, перед ним пульт, а на экране – группа людей на площади перед Кох-и-Нор заканчивала разговор. Репортеры расходились. Старик, девушка и мужчина последовали за четвертым. Худощавый черноволосый молодой человек энергичной походкой повел их к отелю.

Пол прилип к экрану. Он чувствовал, что прошло не больше минуты, но даже это было удивительно. Пол обладал особенностью – гипноз на него абсолютно не действовал. Он это понял, когда лечился у психиатра. Как же он умудрился отключиться на целую минуту?

Внезапно вспомнив о застрявших вагонетках, он прекратил самосозерцание. Контрольный сигнал на пульте указал на затор на глубине сто сорок три фута. Он добрался до люка номер восемь, включил свет и вполз в ствол шахты. Причина была рядом.

Поверхность ствола номер один поднималась к выходу под углом шестьдесят градусов. Единственные действующие рельсы вели из глубины, и груженые открытые вагонетки поднимались на зубчатых колесах по рельсам.

Зубцы сами теперь служили ступеньками. Пол продвигался, держась за них руками и ногами, туда, где одна из вагонеток сошла с колеи и уперлась в каменную стену.

Все еще находясь под впечатлением увиденного по телевизору – кого-то напоминавшей девушки и представителя культа, назвавшегося Гильдмастер Пол остановился напротив последнего вагончика и ударил ногой по сцеплению.

После третьего удара сцепление раскрылось, как большой складной нож. С треском и лязганьем состав распрямился. И сразу же огни в стволе потускнели, затем вспыхнули снова, «доложив», что все в порядке. Состав вздрогнул и направился вверх. Пол прилип к последнему вагону.

Его вдруг осенило, когда он увидел горы на фоне высокого весеннего неба, что в распоряжении было всего пятнадцать минут. Из-за короткого провала в памяти он упустил, что необходимо переключить электрический контроль на ручной.

И вот его уносил вверх последний вагончик состава. Ниже, всего в нескольких дюймах, электрические рельсы могли поразить током, чуть дотронься. А высокие стенки вагонеток, наполнивших ствол, заблокируют любую попытку открыть аварийные люки.

Стены и скала были совсем близко.