Он прижился и начал плодоносить, а музей нашел какого-то алкоголического старца, объяснившего принципы «брожения», «перегонки», «выдержки» и как это все проделывать с виноградом. По распоряжению Бена, старца взяли в музей «свободным консультантом», и вскоре на Арахисе появилось вино. Оно еще мало превосходило по вкусовым качествам аналогичные нефтепродукты, но Бен не отчаивался и отправлял на Землю все новые образцы для дегустации и полезных советов «консультанта». «Главный технолог» Салли раздраженно давил клешнями виноград.
На агротории уже не хватало места, и семена подсолнуха высадили на «Втором агрономическом поле имени Ботаники», открытом почти сразу же после «Первого». Семечек хватало (у генетиков во время их производства заклинило молекулярный клонизатор), и Бен щедро засеял «Второе поле». Часть семян он, как всегда, предусмотрительно оставил на «аварийные» случаи, а многочисленные остатки отдал Салли на эксперименты с простой «механической обработкой».
Робот оказался великим экспериментатором и рационализатором (это он впервые предложил чистить картошку прежде чем резать на куски и жарить) и вскоре выяснил, что для добывания масла достаточно выжать семечки, как мокрую тряпку. Добытое масло, как и предсказывал Ботанический музей, оказалось крайне полезным пищевым приобретением и жаренная на нем (а особенно - в нем) картошка стала очень похожа на нефтяную «картошку фри». В музей потянулись толпы людей. Это был настоящий триумф! Потом на горизонте Арахиса появились некоторые проблемы.
В отличие от чахлой и ненастоящей пшеницы и мелкого винограда, подсолнухи прижились идеально. Заняли все пространство отведенного им поля, а затем, недолго думая, по кислородному сообщению, начали хищнически захватывать другие, пока еще не готовые, поля.
Борясь с вегетативным бунтом на всех участках прорыва и оккупации, Бен успел собрать огромный урожай семечек и с помощью Салли произвести невиданное количество масла. До «Второго поля» Бен так и не добрался - подсолнухи начали подло изживать траву «бауц», уровень кислорода в системе трасс катастрофически понизился, и, чтобы не потерять другие посевы, а также и всю планету целиком, пришлось отсечь «Второе» от общего кислородного сообщения.
Восстанавливать целостность системы аппендикс Бену не советовал - в аммиачной атмосфере подсолнухи погибли, но десятки тонн семечек продолжали лежать на земле «Второго» и терпеливо поджидать своего часа.






