ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Роман известного писателя Уилбура Смита воссоздает драматические события англо-бурской войны. А в центре сюжета жизненная история Сина Коуртни, его любовь к замужней женщине, непростые взаимопонимания... И грянул гром Уилбур Смит Глава 1 За четыре года путешествий по дикому бездорожью фургоны сильно разболтались. Не раз сломанную спицу в колесе заменяли первой попавшейся под руку веткой; навесы были залатаны до такой степени, что от первоначального покрытия остались лишь небольшие куски ткани; число быков в упряжи сократилось с восемнадцати до десяти — хищники и болезни не пощадили их. Но этот маленький измотанный караван вез бивни пятисот слонов — десять тонн слоновой кости, добытые ружьем Сина Коуртни, который собирался превратить свой груз в пятнадцать тысяч золотых соверенов, как только доберется до Претории. Син снова стал богат. Его одежда — грязная, мешковатая — была грубо залатана, ботинки из толстой буйволиной кожи износились, окладистая борода скрывала половину лица, а грива вьющихся черных волос была бы еще длиннее, если бы недавно ее не обкорнали тупыми ножницами по воротнику. Но какое это имело значение, если он владел слоновой костью и золотом, хранящимся в банке в Претории. Сидя верхом на лошади, он наблюдал за медленно тянущимися по дороге фургонами. «Пора бы купить ферму», — с удовлетворением думал он. Уже тридцать семь, не юноша, и действительно ферма нужна. Он уже присмотрел одну и точно знал, что будет строить свой дом неподалеку от вершины холма, чтобы по вечерам, сидя на широких ступеньках, любоваться гладью Тугелы в голубой дали. — Завтра рано утром мы будем в Претории. — Раздавшийся сзади голос прервал его мечтания. Син повернулся в седле и посмотрел на зулуса, сидящего на корточках рядом с его лошадью. — Это была хорошая охота, Мбеджан. — Да, хозяин. Мы убили много слонов. — Мбеджан кивнул. Син вдруг вспомнил, что совсем недавно впервые замети

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Син вскочил и зашагал прочь из лагеря. Он поднялся на холм. Теперь, при дневном свете, хорошо был виден вельд, тянущийся до самого горизонта. Нигде не было признаков жилья. Спустившись по склону, он проверил, как стреножены лошади, и только после этого вернулся в заросли.

Дирк спал, свернувшись клубочком, как щенок. Рядом, у огня, прямо на траве, без подстилки храпел Мбеджан. Рут лежала чуть в стороне, закрыв ноги одеялом, рубашка на ее груди вздымалась так волнующе, что Син едва сдерживал себя. Он лег, оперевшись на локоть, не в силах отвести глаз от столь дразнящего чуда.

Четыре года он не видел белой женщины, не слышал звука женского голоса, не касался женского тела. Сначала это беспокоило его: бессонница, возникавшая, внезапно депрессия, страстное неутоленное желание. Но постоянная утомляющая охота, бесконечная верховая езда, борьба то с засухой, то с ливнями,

ответственность за жизнь многих людей притупили его чувства и желания. Женщина стала чем-то нереальным, призраки мучили его по ночам, и он метался, обливаясь потом, кричал, пока природа не давала ему облегчения и призраки исчезали на какое-то время, но только для того, чтобы собрать силы для следующего натиска.

Но теперь рядом с ним был не призрак. Вытянув руку, он мог погладить ее бледную щеку, почувствовать шелк кожи.

Она открыла глаза, молочно-серые ото сна, еще не различающие ясно предметы, и неожиданно встретилась с ним взглядом.

Этот взгляд был настолько красноречив, что она подняла левую руку и протянула к нему. Рука была без перчатки. И он впервые заметил блестящее золотое кольцо на безымянном пальце.

— Вижу, — сказал он с грустью и вдруг запротестовал: — Но вы слишком молоды, чтобы быть замужем.

— Мне двадцать два, — мягко произнесла она.

— А муж — где он? — Вдруг это чудовище умерло, это был последний шанс.

— Я еду к нему. Когда все поняли, что война неизбежна, он поехал в Наталь, найти работу и жилье для нас. Я собиралась последовать за ним, но война началась раньше, чем мы ожидали. И вот я здесь.

— Понимаю. — «Я везу ее, к другому мужчине», — подумал он с горечью, но вслух сказал: — Итак, он сидит в Натале и ждет, пока вы сами доберетесь до него через линию неприятеля.

— Он с армией в Натале. Неделю назад я получила письмо. Он хотел, чтобы я оставалась в Йоханнесбурге и ждала, пока британцы не захватят город. Он писал, что с такой мощной армией они будут в городе не позднее, чем через три месяца.

— Так почему же вы тогда не стали ждать?

Она пожала плечами:

— Терпеливость не относится к моим достоинствам. — В ее глазах снова зажглись озорные искорки. — Кроме того, почему бы не удрать из города, ведь в Йоханнесбурге такая скучища.

— А вы любите его? — Вопрос прозвучал неожиданно требовательно. И улыбка исчезла с ее губ.

— Он мой муж.