ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В центре произведения молодые женщины-американки со своими проблемами, бытовыми и нравственными, которые, как нам кажется, окажутся близкими сердцам наших читательниц. Только ты Бонни Пега Глава 1 – «Лав, инк.»? [1] Что, черт возьми, это такое – «Лав, инк.»? Максимиллиан Шор нажал кнопку интеркома, уставившись на бумажку, которую держал в руке. – Пэтси, зайди, пожалуйста, ко мне на минутку. Как только Пэтси просунула голову в дверь, он помахал перед собой запиской. – Что это ты за бумажку мне оставила? «Лав, инкорпорейтид»? – Не знаю, босс. Я просто приняла сообщение. Я ее не расспрашивала. Макс подумал, что как секретарша Пэтси немного слишком дерзка. Однако в качестве сестры она вполне его устраивала. Родство между ними легко было заметить по одинаковым каштановым волосам и голубым глазам. – Ее? – опросил Макс. – Ее. Я не уловила ее имени, но она точно сказала, что ей необходимо поговорить с тобой прямо сейчас по срочному делу. – А она не сказала, что это за срочное дело? – Не-а. – Пэтси сверкнула насмешливой улыбкой. – В чем дело, братец? Получил сногсшибательный счет из нашего местного массажного салона? – Верно, – огрызнулся Макс. – Я все вечера там провожу. – Он откинулся на стуле и прищурился. – Почему ты решила, что это из массажного салона? – С таким-то названием, «Лав, инкорпорейтид»? Брось, что еще это может быть? – Пэтси понимающе ухмыльнулась и вернулась к своему столу. А действительно, что еще это может быть? Макс задавал себе этот вопрос, снимая трубку и набирая номер, указанный в записке. Ответивший ему женский голос был мягким и тихим и навевал мысли о горящих свечах, беседах шепотом и шелковых простынях. – Привет. Вы звоните в «Лав, инкорпорейтид». В данный момент никого нет, но, если вы оставите свой номер телефона и имя, я свяжусь с вами при первой возможности. Благодарю вас. Ей имело смысл обзавестись автоответчиком, решил Макс. Таким образом она

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Она ненавидела платья, колготки и высокие каблуки, – особенно высокие каблуки. Она сбросила туфли и слегка фыркнула. Высокие каблуки, безусловно, не были созданы для комфорта и больше напоминали древние орудия пытки, хотя, несомненно, делали женщин выше, а их ноги смотрелись лучше.

Кейтлин знала, что она маленького роста, не больше пяти футов трех дюймов, если встанет на цыпочки, и, возможно, ее вес достигнет ста пяти фунтов после плотного обеда и в зимнем пальто. Однако ее это не волновало. Ей никогда не хотелось быть крупнее.

Кроме одного случая, призналась она самой себе. Только раз в жизни она обнаружила, что ее маленький рост является недостатком. Она не смогла бороться достаточно долго и достаточно сильно, чтобы…

Она резко перевела ход своих мыслей с неприятного предмета и натянула удобнее выцветшие джинсы и такую же выцветшую свободную красную рубашку.

Вздохнув, Кейтлин нагнулась, чтобы поднять сброшенные туфли на каблуках, и бросила их в шкаф. Ее ноги уже никогда не будут прежними, раздумывала она, двигая онемевшими большими пальцами. Она не носила высокие каблуки больше года. Только низкие каблуки и теннисные туфли, даже в воскресную школу. Как она ненавидела наряжаться – особенно, чтобы произвести впечатление на налоговых инспекторов. Тем не менее, это помогало. Ей никогда еще не приходилось платить им больше нескольких сотен долларов. Конечно, возможно, положение спасал ее бедный, с вечно опухшими глазами бухгалтер.

– Мам? Ой, мам!

Кейтлин открыла дверь своей спальни.

– Сюда, Джорди.

Она услыхала топот, будто к ней неслось стадо буйволов, и приготовилась к атаке. Миниатюрный золотоволосый вихрь набросился на нее с горячими объятиями.

– Мам, мам, знаешь, что? Мы играли с классом миссис Скотт на переменке в мяч и угадай, что? Мы выиграли. Я забил решающий мяч, и миссис Джозеф сказала, что я хороший игрок и…

Кейтлин с любовью смотрела сверху вниз на малыша, который продолжал трещать. Она провела рукой по его кудрявым волосам, так похожим на ее собственные. Такими же, как у нее, были карие глаза с золотыми искорками, вздернутый носик и решительное очертание челюсти. Слава богу, от отца у него не было ничего.

– Потрясающе, Джорди! – Кейтлин быстро обняла его. – Я рада, что ты сегодня так хорошо провел время. А теперь, тебе что-нибудь задано на дом?

Он скорчил гримаску:

– Разве нужно делать уроки прямо сейчас? А нельзя сперва поиграть?

– Мы идем сегодня на обед, помнишь? Нужно приготовить уроки сейчас. Мне придется ненадолго пойти на работу, чтобы сделать несколько звонков. Можешь сделать уроки там, если хочешь.

– У-у, мам, сегодня же у тебя выходной. Зачем тебе идти на работу в выходной?

Кейтлин чмокнула его в лоб.

– Извини, дружок. Когда ты босс, то иногда просто «надо».