ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Любимый сюжет на все времена – Золушка и принц. Современная Золушка – это питерская переводчица Маша, большое городское одиночество, врунья и болтушка. Не подумайте, что Маша питекантроп, ее возрас... Профессорская дочка Елена Колина *** В начале книги бывает Предисловие автора, а это – Прошу-прощения-читателей автора. 1. Простите за то, что наша Маша: • НЕ богатая, • НЕгламурная, • НЕ успешная, • НЕ юная дева. Нет-нет, не думайте, что Маша – питекантроп и ее возраст можно определить только по костям. Можно и по паспорту – ей тридцать семь лет. Маша – это такое большое городское одиночество. Толстое. Не знаю, можно ли с Машей пойти в разведку. В кафе с ней точно можно пойти – гарантированно приятно проведешь время. Но с другой стороны, зачем Маше в разведку? Есть в ней какая-то уклончивость, неопределенность, ни за что не принадлежность ни к каким течениям современной мысли, партиям, аудиториям, конфессиям. Кстати, о конфессиях – на шее у Маши крест и магендавид, шестиконечная звезда. И то и другое, представляете? Совсем с ума сошла. Получит когда-нибудь от тех и других, будет знать. Маша растрепанная, с умным некрасивым лицом, небогатая, негламурная, неуспешная, неприбранная… Замарашка – вот она кто. На кофте одно свежее пятно от кофе и одно вчерашнее… да… и пепел она нечаянно стряхнула себе на грудь, и машина ее сегодня обрызгала. Хотя бы и так, но Машины Настоящие Друзья отчего-то считают, что Маша, которая вся в стиле ретро, – герой нашего времени. Считают, что Маша – это наше все. 2. Простите за многократное использование сниженной лексики, но что же делать, если одна богатая гламурная дама именно так разговаривает. Считает себя Персоной, а сама отказывается выражать свои мысли культурно! 3. Простите за то, что интрига отвечает привычному образцу, – Маша его полюбит. Получается, что умная и интеллигентная Маша полюбит кого угодно только потому, что у нее никого н

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Неловко получилось – вдруг он подумает, что мне с ним скучно и поэтому я ухожу на работу?

– А хотите, обсудим тему «Русские художники начала века»? – предложила я. – Или, хотите, поговорим о мультфильмах или о чем хотите… А хотите, я покажу Вам папины книги и патенты на изобретения?

Вадим

Черт, черт, черт, абсолютно бессмысленный вечер! Она что, с ума сошла?! Зачем мне старые фотографии, зачем мне папашины книги, зачем мне патенты на изобретения?! Кстати, о фотографиях. И это о них она говорит – красивые, блестящие люди?! У профессора, ее отца, несоразмерно большая голова и хилое тело, как будто приспособлено к голове по ошибке. Длинное унылое лицо, нос, робкие печальные глаза. Профессор Плейшнер в старомодном пальто с длинным каракулевым воротником.

Мать, она говорила, красавица… Ну, не знаю… Слишком узкие детские плечи, упрямый подбородок, глаза в пол-лица – типичная «барыня из прежних».

– Все, Маша, мне пора, спасибо, – сказал Вадим, как будто захлопнул блокнот.

Вадим встретился с Адой на лестнице – и вернулся. Ада – с кастрюлькой. В кастрюльке фрикадельки с рисом.

– Ада, мне нужна квартира на Фонтанке, между Летним садом и Михайловским. Вместо этой. – Вадим обвел глазами мою кухню.

– Так купите эту, – предложила Ада. – За помойку скидка пять процентов.

– А я?.. – удивилась я. – А меня куда?

– Тебя? Ты же говорила, у твоей матери был дом в Вильнюсе? – Адины глаза загорелись при упоминании недвижимости.

Я засмеялась:

– Но это же было до революции…

– Так надо отнять, – решительно сказала Ада. – Ты точный адрес знаешь? Какого х…ра они твоим домом пользуются?

Вообще-то в русском мате девять корневых слов, а Ада употребляет одно-два, может быть, три. Всего три, это ничего, это нормально… не буду ее больше поправлять.

Сказала Вадиму с Адой про корневые слова. Оба очень удивились: как, всего девять? И стали загибать пальцы и шептать про себя. Вадим насчитал пять, а Ада двенадцать.

Ада выпила три чашки чаю и засобиралась на работу.

– Да… забыла тебя спросить, – небрежно сказала она Вадиму. Оказывается, она с ним на ты. – Ты каким бизнесом занимаешься?

Ничего она не забыла, Ада уже спрашивала Вадима, чем он занимается. Он сказал Аде, что у него нефть, металл… ресурсы, одним словом. Но Ада очень недоверчивая.

– Да так, всем понемногу… – охотно ответил Вадим. – У меня сеть ресторанов быстрого питания, один на Невском, другой на Дворцовой.

Вадим ел одну фрикадельку за другой. Съел почти все. Половина свинины, половина говядины, поджаристая корочка.

Ада подмигивала и громко шептала: «Я тебе проложу хороший широкий путь к его сердцу».