Заплатишь им, они тебя постригут и оденут получше. Хорошее или нет, но чистое дадут, это точно. Твое барахло сожгут, и не вздумай его назад просить. Поняла?
Старуха кивнула в ответ. Ступив на порог бани и предъявив встретившим ее три полтинника, она впервые за долгие годы почувствовала себя человеком. С ней говорили на вы, ей предлагали свои услуги, она помылась как следует, оделась во все чистое. Это были поношенные широченные рейтузы, мужские носки и майка, тоже поношенные, но не рваные, длинное шелковое цветастое платье.
– Коротко не стригите меня, – заявила, сев в кресло цирюльника, старуха, – я в приличное место иду.
Волосы ей укоротили до плеч, дали даже посушить под феном. Вышла на улицу Мария Егоровна другим человеком. Даже воздух ей показался не таким, как раньше.
Машина ждала ее на прежнем месте, иначе бы старуха подумала, что все это ей снится.
– Раствором-то тебя обработали? – брезгливо спросил Женя, когда старуха снова села в автомобиль.
Мария Егоровна молча кивнула в ответ. Водитель наблюдал за происходящим с невероятным удивлением, но ничего не спрашивал. Ему, наверное, тоже хорошо заплатили.
Машина тронулась и опять покатила по улицам города. Судя по всему, двигалась она к окраине. Это немного испугало бродягу, но она не показывала виду. Вскоре въехали во двор, окруженный четырьмя «сталинками».
Женя первым вышел из машины и позвал за собой Марию.
Егоровну. Все остальные остались внутри. Вдвоем они вошли в первый подъезд одного из домов и поднялись на второй этаж. Здесь было около пятнадцати комнат на одном длинном коридоре.
– Кухня общая, туалет общий, – тихо сказал Женя и указал в конец коридора.
Потом он отомкнул ключом одну из комнат и пригласил Марию Егоровну войти. Внутри стояла железная односпальная кровать, полированный стол, старенький низкий холодильник. Окна были завешены желтыми клетчатыми занавесками, на потолке – старый пластмассовый абажур, стены оклеены дешевыми обоями. Старухе этот маленький мир показался настоящим раем.
– Можешь здесь переночевать, – сказал Женя, – утром мы за тобой приедем. Выспись как следует.
Следом Женя открыл холодильник.
– Внутри достаточно продуктов для ужина и завтрака, – сказал он.
Старуха кивнула в ответ, с радостью согласившись с незнакомцем.
– Только не обожрись, ты нам завтра здоровая нужна.
Мария Егоровна снова кивнула, опять соглашаясь. Женя вышел, заперев ее на ключ. Оставшись одна, старуха несмело опустилась на постель и, закрыв глаза, не могла поверить, что это все именно с ней происходит. Немного отдохнув, она подошла к холодильнику и, забыв про все наказы, с жадностью накинулась на еду.
До утра она проспала. Проснулась на рассвете и лежала, молча глядя в потолок и боясь верить, что такая жизнь сегодня же и закончится.






