ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Это занимательная история о том, как научиться распознавать ведьму среди людей…Ведь ты можешь сидеть рядом с ней, не подозревая что это – настоящая ведьма!Ведьмы так похожи на обыкновенных женщин!Но о... Ведьмы Роальд Даль Москва • РОСМЭН • 2005 УДК821.111-93 ББК 84(4Вел) Д15 Roald Dahl THE WITCHES Перевод с английского И. С. Висковой Оформление обложки К.Зон-Зам, Н. Торопицыной Иллюстрации Квентина Блейка Text copyright © Roald Dahl Nominee Ltd, 1983 Illustrations copyright © Quentin Blake, 1983 All rights reserved Все права на книгу на русском языке принадлежат издательству «РОСМЭН". Ничто из нее не может быть перепечатано, заложено в компьютерную память или скопировано в любой форме – электронной, механической, фотокопии, магнитофонной записи или какой-то другой – без письменного разрешения владельца. Наш адрес в Интернете: ISBN 5-353-01878-8 © Издание на русском языке. ООО «Издательство «РОСМЭН-ПРЕСС», 2005 Посвящается Ликси Сначала их умаслить, А после – напугать И навсегда прогнать! Жертву свою ведьма выбирает очень тщательно. Потом она незаметно подкрадывается к этому бедняге, как подкрадывается охотник к несчастной птичке в лесу. Она ступает по земле мягко-мягко, всё ближе и ближе к ребёнку. И вот наконец она готова, и-и-и – цап! Ведьма хватает свою жертву. Вспыхивают искры, мечутся язычки огня, пенится кипящее масло, завывают крысы. По коже бегут мурашки… А ребёнок исчезает. Как вы догадываетесь, ведьма не бьёт детей по голове. Она не тычет в них кухонным ножом и не стреляет в них из ружья. Людей, которые способны на такие штуки, прекрасным образом отлавливает полиция. А ведьму не так-то легко поймать! Не забывайте, что в её пальцах есть некая магическая сила, что в крови ее кипит всякая чертовщина, что она может камни заставить прыгать наподобие лягушек, а по поверхности воды пустить мерцающие язычки огня. Эти её ведьминские п

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Вот мама вышла на улицу, чтобы подышать воздухом, и спрашивает малышку:

«А где наша Ранхильд?»

«Её увела с собой какая-то высокая леди», – отвечает дочь.

«Что за леди?» – удивляется мать.

«Высокая леди в белых перчатках», – объясняет девочка.

И с тех самых пор, – сказала мне бабушка, – никто больше не видел бедной Ранхильд.

– А её искали? – спросил я.

– Ещё бы! На много километров вокруг. Весь город помогал искать её, но девочку так и не нашли.

– А что же случилось с остальными пропавшими детьми?

– Они исчезли так же, как и Ранхильд. Каждый раз какая-то незнакомая леди проходила мимо того дома, из которого пропадали дети.

– Но как же они исчезали? – снова спросил я.

– Особенно необычным был второй случай, – начала рассказывать бабушка. – Это была дружная семья по фамилии Христиансен. В согласии и ладу они жили в Холменколлене. А в гостиной их дома висела старинная картина, которой они весьма гордились. На картине был изображен двор фермерской усадьбы с уточками. Людей художник не изобразил, только стайку уточек на зелёной траве, а на заднем плане – фермерский дом. Красивая и большая была картина!

И вот однажды их дочка Сольвейг вернулась из школы, она грызла прекрасное яблоко, которым её угостила встретившаяся ей женщина. Так Сольвейг сказала. А на следующее утро кроватка Сольвейг оказалась пустой. Родители всюду искали девочку, но найти не смогли. И вдруг отец закричал:

«Вот же она! Наша Сольвейг кормит уточек!»

Отец показывал на картину, которая висела на стене, и, правда, все увидели на холсте Сольвейг. Она была там, на лужайке среди уточек, с корзинкой хлебных крошек, которые, казалось, она вот-вот бросит птицам.

Несчастный отец подбежал к картине и прикоснулся к холсту, к изображению дочери. Но это не помогло. Девочка по-прежнему оставалась частью картины, фигуркой, написанной на холсте масляными красками.

– А ты, бабушка, сама видела эту картину? И девочку на ней?

– И не раз, – ответила мне бабушка. – Но вот что странно: девочка словно бы передвигалась внутри картины. Однажды все увидели, что она уже не во дворе, а в доме и выглядывает из окошка. А в другой раз она оказалась в левой части картины и держала маленькую уточку на руках.

– И что же, вы замечали какое-то движение?

– Нет, никто не замечал. Где бы она ни была: на лужайке или в окошке дома, – она была неподвижна, как любое другое изображение на холсте.

– Это так удивительно, так странно.

– Но самым непонятным было то, что девочка на полотне росла. Лет через десять она превратилась в прелестную девушку, а потом в милую женщину лет тридцати, а ровно через пятьдесят четыре года со дня этого ужасного события изображение её навсегда исчезло из картины.

– Она умерла? – воскликнул я.

– Как знать… – задумалась бабушка.