ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В мире Файеран существует немало видов магии – от запретной, некромантской, до элитной, боевой.Но особое место здесь занимает магия эмпатическая – та, которой обучают лишь воспитанников таинственно... Пролог, написанный Деометрией Жижикой, фельдъегерем на службе лорда Александера Питта, Порт-Хлост, графство Питица Когда Жюльен Петит был уже легендарным бардом и бродячие кукольники давали представления, в которых он являлся одним из главных героев, а мамаши рассказывали малышам сказки на ночь, в которых Жюльен верхом на драконе освобождал прекрасную принцессу, я встретил старика-барда на ярмарке в Порт-Хлост. Двое мальчишек бежали к полосатому полотняному балагану, и один другому кричал на бегу: – Жюльен приехал! Жюльен приехал! Он поет в балагане Одрика! Я еще усмехнулся тогда – за Жюльена выдавал себя каждый второй бродячий бард на Северном тракте, хотя я сам вообще сильно сомневался в его существовании. Но поскольку письмо нотариусу, с которым лорд Александер послал меня в Хлост, я уже передал и заняться мне было нечем, из любопытства да еще из какого-то озорства я пошел за мальчишками. Хотелось взглянуть на того, кто с таким бесстыдством выдает себя за героя сказок, никогда не существовавшего на самом деле, как я думал. Однако, уже подходя к балагану, я почувствовал будто бы укол в самое сердце – небольшой балаганчик Одрика был забит до отказа и не вмещал всех желающих послушать барда. Любители бардовской песни теснились на улице у входа и заглядывали за занавеску, пытаясь что-то там разглядеть. Из балагана доносились чистый, хотя и не выдающийся, голос и звуки мандолины. В сказках и балладах о приключениях Жюльена мне, как и вам, наверное, приходилось слышать о неких волшебных вещах, которые делали его великим бардом, – мандолина эльфов, волшебный напиток парсикамских магов, пузырек с драконьей кровью и так далее. Забегая вперед, скажу, что отчасти все это правда

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сколько у нас вообще воинов?

– Моих – семьдесят два человека, – ответил Хайдрик. – Практически весь мой гарнизон и некоторые из тех, кто укрывался в крепости.

– Нас – девяносто четыре вместе со мной, – сказал Хван и добавил: – Все мужики из трех деревень.

– Со мной – сто двенадцать воинов, – чуть склонив голову, сообщил Шарграйн.

– Кстати, Шарграйн, – спросил я, – не могу не поинтересоваться: женщины с хлыстами в вашем отряде – кто они? Если они собираются сечь кнутами сумеречных драконов…

– Это повелительницы Тени, – пояснил молодой эльф. – Они используют в бою энергию подземелий… – Юный эльф бросил взгляд на Риголана, но тот стоял с непроницаемым лицом, скрестив руки на груди. Шарграйн поспешно завершил свою мысль: – Это сложно объяснить, но кнут играет для них роль магического посоха магов. Они поражают противника не на расстоянии длины кнута, а гораздо дальше.

– Ага! – обрадовался я. – То есть у нас прибавилось боевых магов. Сколько у вас вот этих симпатичных повелительниц?

– Сорок три, – коротко ответил молодой эльф.

– Значит, вместе с Джонатаном и Шебой у нас сорок пять боевых магов, – подвел я итог. – Это почти столько же, сколько у Мортимера вампиров. Вывод напрашивается сам собой – Джонатан, Шеба и повелительницы должны взять на себя вампиров Мортимера, тем более что примерно равны с ними по силе, – сказал я, затем, подумав, добавил: – Во всяком случае, рядовой воин один на один против вампира не выстоит. Возражений нет?

Участники совета лишь отрицательно покачали головами. Я кивнул и продолжил:

– Далее, мы имеем около шестисот зомби против примерно двухсотпятидесяти воинов с нашей стороны. Численное превосходство – на стороне противника, но зомби менее сообразительны, чем живые. Кроме того, у нас есть кавалерия – волчьи всадники, Сыны Тени на ящерах и несколько кавалеристов Хайдрика. Это преимущество. Но у нас больше полусотни крестьян, которые легко вооружены и никогда не участвовали в сражениях. Это недостаток. В общем, мне кажется, что силы примерно равны, однако минимальное преимущество все-таки на стороне некроманта. – Кроме того, – продолжал я, – на нашей стороне два дракона, против которых некромант выставит пять своих, сумеречных. Если наши крылатые друзья в состоянии сражаться при таком раскладе сил, можно считать, что силы уравнялись и мы имеем реальный шанс на победу. Если наши драконы погибнут и нам придется сражаться еще и с сумеречными драконами… – Я замолчал и обвел присутствующих взглядом. Продолжать не требовалось, все и так понимали, что будет, если мы потеряем драконов.

– Насколько я понимаю, – подал голос Риголан, – исход битвы будет зависеть от правильной расстановки войск и своевременного маневрирования ими.