ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В мире Файеран существует немало видов магии – от запретной, некромантской, до элитной, боевой.Но особое место здесь занимает магия эмпатическая – та, которой обучают лишь воспитанников таинственно... Пролог, написанный Деометрией Жижикой, фельдъегерем на службе лорда Александера Питта, Порт-Хлост, графство Питица Когда Жюльен Петит был уже легендарным бардом и бродячие кукольники давали представления, в которых он являлся одним из главных героев, а мамаши рассказывали малышам сказки на ночь, в которых Жюльен верхом на драконе освобождал прекрасную принцессу, я встретил старика-барда на ярмарке в Порт-Хлост. Двое мальчишек бежали к полосатому полотняному балагану, и один другому кричал на бегу: – Жюльен приехал! Жюльен приехал! Он поет в балагане Одрика! Я еще усмехнулся тогда – за Жюльена выдавал себя каждый второй бродячий бард на Северном тракте, хотя я сам вообще сильно сомневался в его существовании. Но поскольку письмо нотариусу, с которым лорд Александер послал меня в Хлост, я уже передал и заняться мне было нечем, из любопытства да еще из какого-то озорства я пошел за мальчишками. Хотелось взглянуть на того, кто с таким бесстыдством выдает себя за героя сказок, никогда не существовавшего на самом деле, как я думал. Однако, уже подходя к балагану, я почувствовал будто бы укол в самое сердце – небольшой балаганчик Одрика был забит до отказа и не вмещал всех желающих послушать барда. Любители бардовской песни теснились на улице у входа и заглядывали за занавеску, пытаясь что-то там разглядеть. Из балагана доносились чистый, хотя и не выдающийся, голос и звуки мандолины. В сказках и балладах о приключениях Жюльена мне, как и вам, наверное, приходилось слышать о неких волшебных вещах, которые делали его великим бардом, – мандолина эльфов, волшебный напиток парсикамских магов, пузырек с драконьей кровью и так далее. Забегая вперед, скажу, что отчасти все это правда

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В основном мы можем определить силы своих отрядов, расставить их нужным образом и прикинуть тактику ведения боя. Но нужно определить еще возможности драконов, чтобы понять, на что мы можем рассчитывать…

– …А наши драконы тем временем заняты любовными играми, – закончил я мысль темного эльфа. И видя, как вытягиваются от изумления лица стоявших рядом, поспешил добавить: – Будем надеяться, что они появятся здесь с минуты на минуту.

И словно бы в ответ на мое пожелание, над нашими головами раздалось хлопанье крыльев. Лореанна спикировала на поляну, мягко приземлилась на лапы и свернулась кольцом, спрятав голову под крыло. Рядом с ней тяжело опустился на землю Фархи и тут же затанцевал, перебирая ногами, рядом с самкой.

– Фархи! – мысленно позвал я. – Прости меня, ужасная боевая машина Фархи, что отвлекаю тебя от твоих важных дел, но нам нужна твоя помощь для планирования завтрашнего сражения.

Фархи продолжал свой танец, развернувшись лицом ко мне, запахиваясь в крылья, как в плащ. Я услышал его музыку в своем разуме – ликующую, стремительную, почти безумную мелодию, наполненную щебетом птиц и звуками литавр.

– О Лореанна! Идеальное, совершенное создание, утонченное до кончиков крыльев! – пропел дракон. – О моя волшебная повелительница! Ради нее готов лететь я на край света, совершать великие подвиги, уничтожать миры и самое пространство! Я всемогущ! Я всемогущ и неудержим – дракон, скользящий на крыльях любви! – пел Фархи, продолжая свой эротический танец рядом с Лореанной.

– О, я так рад за тебя! – почти искренне подумал я. – Однако не мог бы ты мне ответить на один вопрос? Мы пытаемся понять, в состоянии ли вы с Лореанной сразиться с пятью сумрачными драконами? И желательно победить?

– Мне все теперь под силу! – пел Фархи. – Все могу я! Могучий никакой не страшен враг! Пусть сотнями набросятся драконы! О, как я буду их уничтожать!

– Передай им, юный бард, что драконы – не их забота. Пусть планируют битву остальными силами!

Естественно, я передал замечание самки дракона слово в слово, и наши полководцы сразу успокоились. Далее начались сборы, формирование отрядов и их перевооружение. На это ушло довольно много времени, пока каждый из воинов разобрался, где ему надлежит стоять, кто будет его непосредственным командиром и на кого он должен смотреть в бою. Еще какое-то время ушло на то, чтобы перераспределить метательное оружие, доспехи и щиты. Всадникам они были не нужны, но не все сразу понимали, зачем кому-то понадобилось их снаряжение. В конце концов сдержанным, но жестким голосом Риголан построил наше войско. На востоке к этому времени уже разгоралась утренняя заря.

Мы выступили к предполагаемому месту битвы длинной колонной.