– «По крайней мере если это касается чертовых лошадей», – подумал он. – Какого ты мнения о Старфайере?
Выражение лица Райны смягчилось.
– Он настоящий зверь. К тому же умный. Из него получится замечательный конь.
Годы их отчуждения словно канули в вечность в эту удивительную минуту совместного восхищения великолепным жеребцом. И тут Улисс вспомнил, что собирался забрать Старфайера с собой в Остин.
Но он бы чувствовал себя по-идиотски, если бы стал ездить на лошади, прирученной девушкой. Особенно если эта девушка – Райна де Варгас.
Дочь шлюхи. Эти отвратительные слова неожиданно всплыли в сознании, а с ними вместе пришло еще более омерзительное воспоминание.
Каждый раз, когда он видел Райну, он вспоминал тот день в булочной и то, как этот день изменил его отношение к себе и к родителям. Он был чертовски уязвим и потому не способен справиться с открытием тайны своего рождения.
– Я привезла твою почту, – сказала Райна, соскальзывая с седла.
Когда она коснулась земли, груди ее подпрыгнули. Черт бы ее побрал! Она не считала нужным носить белье, как это делали все порядочные женщины. Впрочем, откуда в Райне де Варгас взяться порядочности?
В седле она ездила по-мужски. Туго обтягивавшие джинсы подчеркивали каждый изгиб, каждую линию ее тела: от талии, которую ему хотелось обхватить, до бедер, которые он жаждал раздвинуть.
Женщина, черт возьми, не имеет права носить брюки, облегающие ее словно вторая кожа, – любой мужчина пожелает узнать, что таится под такой одеждой.
Стараясь не обращать внимания на то, как бешено стучит сердце, перешагивая сразу через две ступеньки, Улисс начал спускаться с террасы. Он с трудом сглотнул комок, стараясь думать о почте, а не о соблазнительных очертаниях бедер Райны.
Она была так мала ростом, что если бы встала с ним рядом, между ее теменем и его подбородком еще осталось бы пространство.
Исходивший от нее аромат – смешанный запах мыла, трав и женского тела – ударил ему в ноздри, усугубляя желание.
Он испытывал к себе отвращение за то, что столь бурно реагировал на женщину, в которой видел противоположность всему, что ценил и уважал в представительницах слабого пола. Да будь он проклят, если позволит себе следовать инстинктам, а не разуму! Он поставил перед собой цель, осуществление которой поможет его штату и всему его населению. А такая женщина, как Райна, будет только мешать выполнению задачи.
– В чем дело? – спросила она. – Что-то не так?
– Я думал, что тебе нет до меня дела.
– Разумеется, нет. Только ты выглядишь очень… желтым. Я подумала, уж не заболел ли ты. Не хотелось бы что-нибудь подцепить от тебя.
Как бы подкрепляя ее опасения, собака заворчала и обнажила свои устрашающие клыки.
– Не беспокойся. У меня нет ни малейшего желания передавать тебе заразу, Квинни.






