ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Над юными Улиссом и Райной тяготели позорные тайны прошлого их родителей, сломавшие когда-то их детскую дружбу. Много лет они пытались ненавидеть и презирать друг друга. Но любовь, необузданная и стра... Бесстрашная Александра Торн Пролог Техас, 1869 год Раз в месяц с точностью хорошо выверенных часов Улисс Прайд отправлялся на «седьмое» небо. Его лучший друг, точнее сказать, подруга, Райна де Варгас всегда его сопровождала. Болезненный астматический восьмилетний мальчик никогда не считал, что пятилетняя девочка – неподходящая компания. В Райне его привлекал подход к жизни, сводившийся вкратце к популярному высказыванию: кто не успел, тот опоздал, и пусть ему будет хуже. Райна пленяла Улисса еще и тем, что никогда не высмеивала его за слишком тщедушное тело и слишком ученый вид, и вообще он ей явно нравился. Рай, куда так стремился Улисс, находился в булочной господина Дитца в Фредериксберге, штат Техас. До того как мать Улисса вышла замуж, булочная принадлежала ей. Небеса сулили сладостную муку, а именно: право выбрать одно пирожное из необыкновенного изобилия восхитительных лакомств. Но к торжеству чревоугодия присоединялась и еще одна радость – возможность побыть вдвоем с Райной и почувствовать себя господином своей судьбы. – Позаботься о моей малышке, – сказала мать Райны однажды ясным октябрьским днем, когда Улисс и Райна усаживались за один из столиков в булочной. – Не беспокойтесь, мэм, я о ней не забуду, – ответил Улисс торжественно. Миссис де Варгас каждый раз повторяла это напутствие и каждый раз получала именно такой ответ. – Не ешь слишком быстро, – в свою очередь напутствовала Улисса его мать. – Ты ведь не хочешь, чтобы по пути домой у тебя разболелся живот? Улисс любил мать, но терпеть не мог, когда она начинала суетиться. Он хотел одного: чтобы она и миссис де Варгас поскорее отправились за покупками. Аромат яблочного пирога и дымящегося горячего шокола

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Улисс твердо верил, что обстоятельства его рождения ничего не значат в сравнении с его возможным вкладом в законотворчество. К счастью, избиратели оказались того же мнения. Но все эти события были еще слишком свежи в памяти, чтобы он мог чувствовать себя спокойно.

Со времен Гражданской войны Техас находился в упадке. Лишенные возможности проявить себя в подъеме экономики, его сограждане влачили жалкое существование исключительно за счет сельского хозяйства, в то время как северяне богатели, разрабатывая новые отрасли промышленности. Улисс мечтал сделать свой штат богатым главным образом ради этих простых грубоватых людей, которые его населяли.

Владельцы Восточных железных дорог годами грабили и разоряли Техас, и Улисс решил положить конец этим злоупотреблениям. Состояние школ для белых и черных было ужасным и требовало немедленного улучшения. А для этого, в свою очередь, требовались деньги. Он собирался привлечь в штат представителей крупного бизнеса и за счет налогов увеличить поступление денег.

Он прикрыл глаза, размышляя о том, сколько полезного мог бы сделать, охватив своим влиянием весь штат. Он мог бы все это осуществить, если бы постоянное напоминание о его незаконном рождении не вредило его успехам.

Все его проблемы сводились к одному большому «ЕСЛИ».

Звук голоса Райны де Варгас прервал его размышления.

– Привет, Никчемный. Скольких вдов и сирот тебе удалось согнать с их земель за последнее время? – крикнула она с обычной для нее бесцеремонностью.

– Я был слишком занят вопросами законотворчества, Квинни, – процедил он, растягивая слова.

Дерзость Райны была рассчитана на то, чтобы разозлить Улисса. Он был членом совета директоров банка, занимавшегося в последние несколько лет изъятием земель за неплатежи у мелких фермеров.

Голос разума говорил ей, что это не было виной Улисса. Но она никогда не могла рассуждать логично, если речь шла об Улиссе Прайде.

– На твоем месте я не стала бы зря тратить время. Вероятно, тебя не изберут на новый срок, – сказала она с притворным участием.

Улисс показал в улыбке свои белые ровные зубы.

– Ценю твою заботу.

Ее ответная улыбка была холодна, как северный ветер.

– Я просто думаю о твоих интересах. Знаю, как ты чувствителен.

Его голубые глаза потемнели. Это напомнило Райне, как меняет цвет небо перед надвигающейся бурей. У него были совершенно невероятные глаза. Умные и часто сумрачные, они могли быть и ледяными, а через минуту – полыхать огнем. Единственное, что она могла сделать, – это оторвать от них взгляд.

Он вышел из тени на солнечный свет, и тотчас же в его волосах заплясали золотые искры.