Улисс твердо верил, что обстоятельства его рождения ничего не значат в сравнении с его возможным вкладом в законотворчество. К счастью, избиратели оказались того же мнения. Но все эти события были еще слишком свежи в памяти, чтобы он мог чувствовать себя спокойно.
Со времен Гражданской войны Техас находился в упадке. Лишенные возможности проявить себя в подъеме экономики, его сограждане влачили жалкое существование исключительно за счет сельского хозяйства, в то время как северяне богатели, разрабатывая новые отрасли промышленности. Улисс мечтал сделать свой штат богатым главным образом ради этих простых грубоватых людей, которые его населяли.
Владельцы Восточных железных дорог годами грабили и разоряли Техас, и Улисс решил положить конец этим злоупотреблениям. Состояние школ для белых и черных было ужасным и требовало немедленного улучшения. А для этого, в свою очередь, требовались деньги. Он собирался привлечь в штат представителей крупного бизнеса и за счет налогов увеличить поступление денег.
Он прикрыл глаза, размышляя о том, сколько полезного мог бы сделать, охватив своим влиянием весь штат. Он мог бы все это осуществить, если бы постоянное напоминание о его незаконном рождении не вредило его успехам.
Все его проблемы сводились к одному большому «ЕСЛИ».
Звук голоса Райны де Варгас прервал его размышления.
– Привет, Никчемный. Скольких вдов и сирот тебе удалось согнать с их земель за последнее время? – крикнула она с обычной для нее бесцеремонностью.
– Я был слишком занят вопросами законотворчества, Квинни, – процедил он, растягивая слова.
Дерзость Райны была рассчитана на то, чтобы разозлить Улисса. Он был членом совета директоров банка, занимавшегося в последние несколько лет изъятием земель за неплатежи у мелких фермеров.
Голос разума говорил ей, что это не было виной Улисса. Но она никогда не могла рассуждать логично, если речь шла об Улиссе Прайде.
– На твоем месте я не стала бы зря тратить время. Вероятно, тебя не изберут на новый срок, – сказала она с притворным участием.
Улисс показал в улыбке свои белые ровные зубы.
– Ценю твою заботу.
Ее ответная улыбка была холодна, как северный ветер.
– Я просто думаю о твоих интересах. Знаю, как ты чувствителен.
Его голубые глаза потемнели. Это напомнило Райне, как меняет цвет небо перед надвигающейся бурей. У него были совершенно невероятные глаза. Умные и часто сумрачные, они могли быть и ледяными, а через минуту – полыхать огнем. Единственное, что она могла сделать, – это оторвать от них взгляд.
Он вышел из тени на солнечный свет, и тотчас же в его волосах заплясали золотые искры.






