ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Возвращаясь из Франции, где она провела около шести лет в монастыре, Катарина Фитцджеральд была захвачена в плен пиратом, красавцем Лэмом О'Нилом. Беззащитной девушке не от кого ждать помощи — ее отец... Игра Бренда Джойс ПРОЛОГ Уайтхолл, 1562 год Королева нервничала. В окружении своих приближенных, разодетых в богатые, шитые золотом и серебром костюмы, она ждала, когда же появится О'Нил. Елизавета была еще молода — ей не исполнилось и тридцати, и правила всего лишь четыре года. Сердце подсказывало ей, что ее советники совершенно правы, говоря, что Ирландией следует управлять железной рукой, но эта задача казалась ей непомерной, а ее выполнение — и вовсе безнадежным делом. Ирландские лорды представлялись ей варварами, до мозга костей пропитанными дремучими гэльскими верованиями. Их бесконечное соперничество переходило в кровавые стычки, и О'Нил был хуже всех. Но именно сейчас дикий вождь ирландцев и один из ее самых непредсказуемых противников как будто готов был вручить себя ее монаршей воле и склонить пред ней колени. Королева была привлекательна и выглядела великолепно: к расшитому золотом лифу с глубоким прямоугольным вырезом крепился огромный стоячий воротник; юбку, расшитую тысячами крошечных жемчужин, поддерживал недавно вошедший в моду кринолин; узкую талию охватывала золотая цепь, усыпанная жемчугом и рубинами; шею украшало тяжелое золотое ожерелье с рубиновой подвеской, в ушах были рубиновые серьги, а на голове шапочка в форме сердечка из черного шелка, шитого золотом и жемчугом. Хотя Елизавета волновалась в ожидании встречи с Шоном О'Нилом, лицо ее оставалось непроницаемо, поза величественна, и выглядела она так, как и полагается королеве. Придворные были, разодеты под стать своей повелительнице. Облаченные в разноцветные дублеты с разрезными рукавами и широкими плечами, в облегающих рейтузах, сверкая кольцами с драгоценными камнями и длинными золотыми ожер

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Катарина стояла у окна спальни, невидящим взглядом уставившись на реку и окружающую местность. Лечестер сидел с ее отцом в холле, и до нее время от времени доносились взрывы хохота. Она могла слышать обрывки их разговора, и поняла, что Джеральд уже изрядно пьян. Как назло, Роберт Дадли как будто твердо решил оставаться трезвым.

Ярко-синее небо начало бледнеть. Солнце стало медленно опускаться за горизонт.

Джеральд сурово смотрел на нее.

— Лечестер — один из самых влиятельных людей в Англии. Не раздражай его, Катарина. Не вздумай ему сопротивляться.

— Отец… — неуверенно начала она.

— Нет! — прервал он. — Не подведи меня на этот раз. Исполни то, что должна исполнить. — Он повернулся и быстро вышел.

Катарина глядела ему вслед, не в силах шевельнуться. Исполни то, что должна исполнить.

Лечестер ждал ее внизу, в большом холле, один. Когда она вошла, он встал и оглядел ее с головы до ног своими темными глазами. Его губы были плотно сжаты.

У Катарины стучало в висках. Она чувствовала, что вот-вот упадет в обморок, и остановилась, не доходя до него, в панике думая, что он, возможно, намерен взять ее здесь же, в холле.

— Может, вы думали избежать расплаты? — спросил он.

Катарина не могла выговорить ни слова и только облизала губы.

— Давайте пройдемся по парку, — вдруг сказал он и, подойдя, взял ее под руку.

Парк. Он собирается взять ее в парке. Катарина не произнесла ни слова, пока они шли через дворик в парк. Когда они остановились под цветущей яблоней, Катарине удалось немного справиться с собой. Лечестер отпустил ее руку. Катарина с опаской наблюдала за ним.

— Вы сбежали от меня, — сказал он. Его взгляд скользнул по ее лицу и остановился на губах.

— Да.

— Значит, вы думали меня обмануть? — Несмотря на мягкий тон, в его глазах горел гнев.

— Я ваша должница. И если вы настаиваете, я дам вам то, что вы хотите. Но…

— Я настаиваю.

— Прошу, Роберт, не делайте этого. — Прежде она никогда не обращалась к нему по имени.

Он склонил голову набок.

— Я очень долго вас желал, Катарина. Вы сошли с ума, если думаете убедить меня отступиться. Или вы сами придете ко мне сегодня вечером, или я приду к вам и возьму то, что хочу, даже если вы будете сопротивляться.

Задрожав, она закрыла глаза.

— Вам не потребуется меня насиловать. — Она посмотрела на него. — Я люблю Лэма.

— Мне это безразлично. — Он повернулся и пошел прочь.

Катарина смотрела ему вслед, повторяя себе, что должна пережить предстоящую ночь. Но она не могла не думать о Лэме и надеялась на чудо.

День тянулся бесконечно. Катарина стояла у окна спальни, невидящим взглядом уставившись на реку и окружающую местность. Лечестер сидел с ее отцом в холле, и до нее время от времени доносились взрывы хохота. Она могла слышать обрывки их разговора, и поняла, что Джеральд уже изрядно пьян.