ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Пентикост Хью (псевдоним, настоящее имя Джадсон Филипс) – один из наиболее известных в США представителей «крутого детектива». Долгое время Филипс был президентом Общества американских авторов прик... Оборотни Джадсон Пентикост Филипс ЧАСТЬ I Глава 1 Майкла Дигби Салливана друзья и болельщики звали не иначе как Диггер. Ему было двенадцать, когда его отец, летчик-испытатель тридцатых годов, погиб в бою над джунглями Бирмы. Пять лет спустя его мать, очаровательная Лаура Льюис, игравшая в тридцатых и начале сороковых годов в фильмах со "звездами" Голливуда, летела с группой артистов на концерты в частях действующей армии. Самолет потерпел катастрофу над Тихим океаном. В интервью корреспонденту одной из голливудских газет семнадцатилетний сын Лауры произнес пророческую фразу: "Я собираюсь умереть на суше". От матери юноше осталось немалое наследство, так что в деньгах он не нуждался. От отца он получил смуглую кожу и греческий профиль. Многие прочили ему карьеру артиста, но эти прогнозы не оправдались. Он никогда не появлялся на киноэкране, кроме как в выпусках хроники, и не выходил на сцену. Специального образования он не получил, но унаследовал любовь отца к мощным двигателям. Диггер придерживался обета, данного сразу же после трагической смерти матери. Он оставался на земле. Гоночные машины стали его хобби, и к двадцати пяти годам Майкл уже выигрывал многие соревнования во Франции, Италии, Мексике, Америке. Свои автомобили он конструировал и строил сам. Неоднократно попадал в аварии, но отделывался лишь царапинами. В тридцать лет Диггер считался одним из лучших гонщиков наравне со Стирлингом Моссом и другими великими. Его хорошо знали во многих курортных городках других стран, где автомобильные гонки котировались куда выше, чем в Америке. В поле зрения репортеров часто попадали пассии Диггера: известные красавицы, киноактрисы, манекенщицы. Но жениться он, похоже, не со

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он, конечно, осведомлен…

– О том, что Салливана обвиняли в убийстве отца мадам Жирар? Что Бернардель спас Салливана? Что Жирар был прокурором на этом процессе и что он и его жена публично назвали алиби Салливана фальшивкой и заявили, что еще докажут свою правоту?

– Вижу, вы подготовились основательно. – Мюррей Кардью сухо улыбнулся. – Интересное получается сочетание, не так ли?

– Да разве они могут сидеть за одним столом? – воскликнул я. – Месье Бернардель не может этого не понимать. Раз присутствие Жираров неизбежно, он должен был принять меры, чтобы встретиться с Салливаном позже и в другом месте.

– Надо отметить, что месье Бернардель выразил свое желание относительно Салливана до того, как узнал о присутствии на приеме Жираров. Однако, когда ему сказали об этом, он отказался что-либо менять, полагая, что любое другое решение расценили бы однозначно: Салливан лишился его доверия и поддержки.

– А Жирары? Уж они-то наверняка предпочтут не оказаться за одним столом с Салливаном.

– Господин Жирар, как и наш юный друг из посольства, твердый сторонник общепринятых правил поведения в обществе.

Он не хотел бы сидеть за этим столом, но просьба о смене места будет истолкована не иначе, как слабость с его стороны. Абсурдная точка зрения, но приходится ее учитывать.

– Значит, особого веселья не получится?

– Совершенно верно. Не вечер, а мучение для всех, кто будет сидеть за главным столом.

– Ну, если никто не хочет уступить…

– Тогда, – прервал меня Мюррей Кардью, – мы не станем принимать во внимание их требования.

– Но как?

– Поправьте меня, мистер Хаскелл, если я в чем-то ошибусь.

Программа вечера остается без изменений. Для начала на столах расставят карточки с фамилиями гостей.

– Да, сэр.

– После торжественной встречи месье Бернарделя, за несколько минут до того как гости войдут в колонный зал и рассядутся за столы, им раздадут листы, на которых указано, кто где сидит. Они найдут свой стол и, войдя в колонный зал, сразу направятся к нему. Я прав?

– Да, сэр.

– О карточках с фамилиями гостей и этих листах должен заботиться отель, не так ли?

– Да, сэр. Это входит в мои обязанности.

Мюррей Кардью кивнул, улыбнулся.

– Заполняя посадочные листы, мистер Хаскелл, вы определите Жираров за стол номер шесть вместо первого стола.

А на их место, за стол номер один, мы посадим английского автогонщика Джеффри Сэйвилла и его жену.

– Но этот Лакост, секретарь посольства, обнаружит подмену, как только увидит листы.

– Вот это ляжет на вас, Хаскелл. Он не должен увидеть посадочных листов. Вам придется не справиться с вашими обязанностями.

– Простите, сэр?

– Попросту говоря, вы дадите маху. Эти посадочные листы появятся в самый последний момент. Когда Лакост захочет их увидеть, вы сошлетесь на задержку.