ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Пентикост Хью (псевдоним, настоящее имя Джадсон Филипс) – один из наиболее известных в США представителей «крутого детектива». Долгое время Филипс был президентом Общества американских авторов прик... Оборотни Джадсон Пентикост Филипс ЧАСТЬ I Глава 1 Майкла Дигби Салливана друзья и болельщики звали не иначе как Диггер. Ему было двенадцать, когда его отец, летчик-испытатель тридцатых годов, погиб в бою над джунглями Бирмы. Пять лет спустя его мать, очаровательная Лаура Льюис, игравшая в тридцатых и начале сороковых годов в фильмах со "звездами" Голливуда, летела с группой артистов на концерты в частях действующей армии. Самолет потерпел катастрофу над Тихим океаном. В интервью корреспонденту одной из голливудских газет семнадцатилетний сын Лауры произнес пророческую фразу: "Я собираюсь умереть на суше". От матери юноше осталось немалое наследство, так что в деньгах он не нуждался. От отца он получил смуглую кожу и греческий профиль. Многие прочили ему карьеру артиста, но эти прогнозы не оправдались. Он никогда не появлялся на киноэкране, кроме как в выпусках хроники, и не выходил на сцену. Специального образования он не получил, но унаследовал любовь отца к мощным двигателям. Диггер придерживался обета, данного сразу же после трагической смерти матери. Он оставался на земле. Гоночные машины стали его хобби, и к двадцати пяти годам Майкл уже выигрывал многие соревнования во Франции, Италии, Мексике, Америке. Свои автомобили он конструировал и строил сам. Неоднократно попадал в аварии, но отделывался лишь царапинами. В тридцать лет Диггер считался одним из лучших гонщиков наравне со Стирлингом Моссом и другими великими. Его хорошо знали во многих курортных городках других стран, где автомобильные гонки котировались куда выше, чем в Америке. В поле зрения репортеров часто попадали пассии Диггера: известные красавицы, киноактрисы, манекенщицы. Но жениться он, похоже, не со

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мужчину взяли на соседней с больницей улице, где он дожидался Жульет.

Все это мне рассказали в такси по дороге в "Бомонт". Я еще кипел от ярости и слушал не слишком внимательно.

Похоже, меня использовали, как подсадную утку, чтобы усыпить бдительность Жульет. Особенно я злился на Бернарделя, который ехал в такси вместе с нами, хотя он продолжал извиняться за то, что ударил меня по плечу. Плечо, кстати, болело, что также не улучшало моего настроения. А Бернардель улыбался во весь рот, несмотря на длинные красные царапины на лице – отметины ногтей Жульет.

Все, естественно, кроме меня, все знали, и я чувствовал себя круглым идиотом. Наконец, такси остановилось, мы вылезли из машины – Шамбрэн, Бернардель и я – и вошли в вестибюль. Там нас поджидали Гарри Кларк и Делакру, посол Франции. Бернардель подошел к Делакру, и они обнялись.

– Все кончено, Жак, – услышал я Бернарделя. – Деньги и наркотики в руках полиции.

– А Жульет? – спросил Делакру.

– Поймана с поличным.

– Все-таки в это трудно поверить, – покачал головой Делакру. – Я-то не сомневался, что это Шарль, а она абсолютно чиста.

– На поверку вышло иначе, – ответил Бернардель. – Теперь пора заняться и Шарлем.

– Он знает?

Бернардель вопросительно взглянул на Шамбрэна.

– Он не звонил, и ему не звонили, – ответил Шамбрэн. – Скорее всего, он ничего не знает.

– Пойдемте к нему, – Кларк двинулся к лифту.

Вшестером мы поднялись на пятнадцатый этаж и подошли к номеру Жираров. Кларк постучал. Жирар тут же открыл дверь, его лицо изумленно вытянулось, а затем медленно посерело.

– Жульет? – прошептал он.

– Игра закончена, Шарль, – ответил Делакру.

– Она жива?

– Как видно по моему лицу, – Бернардель приложил к кровоточащим царапинам носовой платок.

Жирар медленно повернулся и прошел в гостиную.

– Деньги и наркотики у полиции, Шарль, – Делакру ввел его в курс дела.

Жирар повернулся, в его глазах стояли слезы.

– Если б я сказал вам, Делакру, что рад, вы бы мне поверили?

– Возможно, Шарль.

– Ее обвинят в контрабанде наркотиков? – спросил Жирар.

– Нет, месье Жирар, ей предъявят обвинение в убийстве Сэма Лоринга, – ответил Кларк.

Я, должно быть, остолбенел так же, как и Жирар.

– Это все выдумки Салливана? – голос Жирара дрожал. – Убийство! О чем вы говорите?

– Салливан все еще без сознания, – ответил Кларк.

– Мой дорогой Шарль, в этой долгой, жестокой борьбе Жульет допустила одну ошибку, – добавил Делакру, – и мы обнаружили ее благодаря мистеру Шамбрэну.

– Шамбрэну? – Жирар повернулся к моему боссу.

– Если бы не Шамбрэн, вам бы удалось выйти сухим из воды, Шарль, – прогремел Бернардель. – Я попытался сыграть героя и налетел на честного, не ведающего сомнений Хаскелла. Но я тоже хотел бы узнать, как мистер Шамбрэн докопался до сути.

Тяжелые веки почти закрыли глаза Шамбрэна.